Я перевел взгляд на озеро, пытаясь разобраться с остальными кусочками пазла. Они то собирались в картинку, то распадались — в голове было постоянное движение. Что-то сходилось, а что-то никак не удавалось соединить вместе. Иногда я слишком сильно приближался и видел только расплывчатые углы и очертания.
— Поэтому вчера вечером вы не отпускали от себя Клейтона. Вы потеряли одного сына и боялись потерять еще одного.
Джаспер кивнул.
— Когда я увидел счетчик, я понял, что следующей мишенью будет Клейтон. У него нет детей. Сейчас он последний из Морганов. Если он умрет, род прервется. Любой, кто меня знает, понимает, что это станет очень тяжелым ударом. Я многие годы пытаюсь заставить его завести детей, но он все время говорит, что сейчас не время. Никак это чертово время не придет!
— И вы решили, что вам с сыном безопаснее всего в тот момент, когда счетчик дойдет до нуля, будет находиться в зале, заполненном полицейскими. И поэтому вы были уверены, что ничего не случится.
— Не буду отрицать. Я хочу защищать свою семью. Разве это преступление?
— Где сейчас Клейтон?
— В доме. Он здесь со вчерашнего вечера, он и его жена. Я удвоил охрану. Здесь мы в безопасности.
— Хорошо, теперь давайте о мотиве. Это месть или деньги?
Джаспер опять передернулся, не в силах скрыть новый разряд по нервной системе.
— Что вы скрываете, Джаспер? Чтобы я мог вам помочь, вы должны быть открыты со мной. Я могу поймать убийцу, но мне необходимо ваше содействие.
— Можно мне закурить?
— Конечно.
Я передал ему пачку и зажигалку. Он вытряхнул сигарету и закурил.
— Деньги. Вчера ночью, когда я вернулся домой, на мой личный электронный ящик пришло письмо, в котором было сказано, что Клейтон будет следующим, если я не заплачу двадцать миллионов. И приложены реквизиты банковского счета в Швейцарии, куда я должен отправить сумму.
— Вы ведь еще не заплатили?
— Еще нет. Нужно некоторое время, чтобы собрать такую сумму. Мне дали времени до полуночи, и я почти все собрал.
— Не платите.
— Как же не платить? — уставился на меня Джаспер. — Если с Клейтоном что-то случится, как я потом прощу себя? Конечно, я буду платить. Не платить — это сумасшествие.
Он не стал говорить, что «это всего лишь деньги». Двадцать миллионов — значительная сумма даже для миллиардера.
— Нет, сумасшествием будет заплатить. Если вы это сделаете, что помешает шантажисту через какое-то время потребовать еще? Ведь именно так они и работают. Получить первый транш сложнее всего, потому что это крючок. Заплатите один раз — очень облегчите шантажисту жизнь. Не успеете оглянуться, как повиснете на этом крючке, а он продолжит тянуть из вас деньги. Да и Клейтона никто убивать не собирается.
— Этого вы не можете знать наверняка.
— Он ведь знает про Сэма Гэллоуэя, да?
— Я ему все рассказал, — кивнул Джаспер.
— Когда?
— Вчера днем.
— А вы уверены, что до этого он ничего не знал?
— Уверен.
В словах была уверенность, но в тоне слышалось сомнение. А природа сомнения такова, что оно может проникнуть даже в самые сильные убеждения.
— И как он воспринял новость о том, что у него есть брат?
— Он был зол, что я не сказал ему раньше. Но он принимает мое решение держать это в тайне.
— Насколько я знаю, Клейтон годами был вынужден принимать все ваши решения. С самого рождения вы говорите ему, что делать и как думать. Может, на его двери и написано «генеральный директор», но в городе все знают, кто на самом деле правит компанией. Поживи в такой обстановке изо дня в день годами, и в конце концов это начнет очень сильно злить.
— Что вы хотите сказать?
— Я хочу сказать, что хочу поговорить с Клейтоном, и как можно скорее.
Джаспер вышел из комнаты, чтобы привести сына, а я встал и подошел к окну. Даже вблизи впечатление, что можно наклониться и нырнуть в озеро, не исчезало. Стекло было горячим под лучами палящего солнца. У берегов вода была лазурного цвета, как в Средиземном море, а посредине, где было гораздо глубже, — темной и неприступной.
Ханна сидела на диване, я видел в окне ее отражение. Она держала телефон у уха, и, судя по выражению лица, никаких новостей о Тэйлоре не было — ни горя, ни радости. Ноль эмоций. Опустив голову, она с каменным выражением смотрела на бледно-серый ковер.
Вне зависимости от ее мнения для меня сейчас отсутствие новостей было хорошими новостями. Чем дольше так продолжалось, тем дольше у Ханны оставалась возможность держаться за старую жизнь. Если ей позвонят с известием о смерти Тэйлора, ей обрежут артерию, и она вылетит в открытый космос без возможности вернуться домой. Иногда с такими известиями звонят по телефону, иногда — стучат в дверь ночью, иногда — агенты ФБР окружают дом, и ты узнаешь, что твой родной человек, с которым ты прожил всю свою жизнь, совсем не тот человек, которого ты знал.
Я вытащил телефон и набрал Шеперда. Он ответил сразу же.
— Я нашел убийцу.
— Кто?
— Клейтон Морган.
Шеперду понадобилось какое-то время, прежде чем он осознал эту новость. Он громко вдохнул:
— Это что — шутка, Уинтер?
— Без шуток. Это сделал Клейтон. Сколько времени тебе нужно, чтобы приехать к дому Джаспера Моргана?
