— Вчера вечером мы снова просматривали материалы дела и заметили, что кое-чего не хватает. И это кое-что проливает свет на личность убийцы.
— О чем конкретно речь?
— Не так быстро. Нам нужно поговорить с Фрименом и рассказать ему о том, что мы нашли. Потом мы вернемся к вам и дадим интервью.
— В целях экономии времени лучше поговорить прямо сейчас.
— Хороший заход.
— Не могу не спросить, а зачем вам это?
— Думал, что и без объяснений все ясно. Фримен захочет приписать себе все заслуги. А я этого не хочу.
Для Дилейни эта логика была очень понятной. Она заговорщически усмехнулась, ошибочно рассудив, что они по одну сторону баррикад.
— Думаю, лучше всего интервью взять там, у ограждений, — сказал Уинтер. — На фоне будет дом и полицейские, картинка будет эффектной. Что скажете?
— Согласна. Но по-прежнему считаю, что интервью нужно сделать прямо сейчас.
— Конечно же считаете.
— Ну хватит, вы не можете оставить меня в таком подвешенном состоянии. По крайней мере намекните, что у вас есть.
— Мы вернемся через пять минут. Будьте наготове.
Без дальнейших слов Уинтер направился к заграждениям, Андертон за ним.
— Теперь дело за вами, — прошептал он. — Задача не из легких. Нам нужно пробраться через входную дверь.
— Легко. Просто ведите себя так, как будто мы имеем полное право там быть.
Они пробрались за ограждение, но не успели сделать и пяти шагов, как их остановил полицейский в форме, по возрасту не сильно отличающийся от школьника.
— Вам сюда нельзя, — сказал он и пошел наперерез. Андертон продолжала идти и остановилась прямо перед ним, нарушив его личное пространство, но не отступив ни на шаг. Отойти пришлось парню.
— Как ваша фамилия? — требовательно спросила она.
— Мэтьюз, — отрапортовал молодой человек.
— Офицер Мэтьюз, мы прибыли по требованию детектива Фримена. Мы можем сейчас вернуться в машину, позвонить ему и сказать, что вы нас не пускаете, но это будет не очень хорошо. Думаю, вы слышали его речь о том, что все мы — либо часть проблемы, либо часть решения. Как, по-вашему, он отнесется к человеку, который создает ему проблемы?
Уинтеру даже стало жалко парня. Он покраснел и не знал куда смотреть. Не дожидаясь его реакции, Андертон засунула пальцы в рот и выдала длинный резкий свист, который заставил всех в радиусе двухсот метров остановиться и посмотреть на нее.
— Джефериз, — крикнула она. — Иди сюда!
Детектив, стоящий около фургона Си-эс-ай, пошел к ним. Это был красивый чернокожий мужчина чуть старше сорока в аккуратном сером костюме. Даже на расстоянии Уинтер ощутил его уверенность в себе. Джефериз подошел к Андертон и улыбнулся — широко, тепло и искренне, обнажив аккуратные, ровные белые зубы.
— Ты просто не способна остаться в стороне, да?
— Слишком скучаю по твоей морде.
Улыбка исчезла и появился внимательный прищур.
— При всем уважении, твое место — за заграждениями.
— Вообще-то я надеялась, что ты мне поможешь с этим. Я как раз говорила Мэтьюзу, что у нас есть информация для Фримена, которую он должен получить как можно раньше.
— Не знаю, Андертон. Сама понимаешь, он сейчас очень занят.
— Мы виделись вчера вечером. Он сказал, что хочет знать все, что мы раскопаем. И вот сейчас мы хотим ему кое-что рассказать.
Джефериз посмотрел на Уинтера.
— А вы давали интервью вчера.
— Виновен, признаю.
— Пятьдесят тысяч просмотров на YouTube. Ролик называется «Фэбээрщик облажался». Должен признаться, меня это повеселило. Вы правда ловите серийных убийц?
— Правда, подтверждаю.
— А для меня такое впервые, и, должен признаться, это совершенно новая для меня игра. Я всегда готов отработать бытовое убийство или какую-нибудь перестрелку. Там, по крайней мере, есть понятный мотив. Жена изменила — муж ее застрелил. Дилер кидает не того клиента — его убивают. Вот и все на этом. У меня предложение, — обратился Джефериз к Андертон. — Расскажите мне, что нужно передать Фримену, и я передам.
— Хочешь себе забрать все лавры? Нам нужно всего пять минут. Ну давай, если бы это не было крайне важно, я бы не стала просить, — добавила она, увидев, что Джефериз не реагирует.
Джефериз помолчал еще немного, затем кивнул.
— Хорошо, пойдем, пока я не передумал.
Он пошел к дому. Уинтер и Андертон за ним. Мэтьюз отошел в сторону. Он понял, что вопрос решился уровнем выше, и был рад, что взрослые решили свои взрослые вопросы без него. Джефериз оставил сопровождающих ждать у двери, а сам пошел внутрь искать Фримена. Люди, ошивающиеся поблизости, бросали на Уинтера странные взгляды. Они отличались от тех, к которым он уже привык. Он даже стал задаваться вопросом: неужели все посмотрели его интервью? Или, скорее, остались ли те, кто не посмотрел?
Именно по этой причине он избегал общения со СМИ. Чрезмерное внимание наполняло его беспокойством. И почему люди так жаждут славы? Непонятно. За ограждениями Дилейни готовилась выходить в эфир. Эта женщина напоминала мотылька, который будет лететь на свет прожекторов до последнего вздоха. Зачем? Чего ей не хватало в жизни? Он не мог понять.
