Джей сидел на крыше одного из зданий водного города и задумчиво наблюдал за его жителями. Прошло уже три часа с того момента, как снайпер начал разведывать город — все оказалось не так плохо, как он думал. Никакие дозорные не патрулировали улицы, самих баз было крайне мало, а горожане выглядели как жители окраин, а не люди, проживающие рядом с одной из баз Дозора.
Похоже наличие рядом Эниас Лобби не оказывало сильного влияния на местный образ жизни. Возможно, из-за экономического кризиса, что пожирал город несколько лет назад… тогда всем было плевать на умирающий Ватер 7, и жители все еще помнили те неспокойные времена.
Постепенно, Джей несколько успокоился. На самом деле, он настолько расслабился, что решил спрыгнуть с крыши и пойти по каменным улицам водного города. Ватер 7 мог похвастаться уникальной архитектурой, возникшей из-за многолетнего противостояния неспокойного моря и человеческого разума. Джей уже мысленно прикидывал самые красивые виды города и список музеев, когда его глаза заметили высокую фигуру, медленно идущую сквозь толпу.
Тело парня замерло.
Нет. Этого не может быть… он не может быть здесь.
Отец убил их всех. Джей не был идиотом. За эти годы он узнал характер своего отца и прекрасно понимал — тот бы не успокоился, пока все они не умерли. Это просто призрак. Видение, вызванное страхом. Нужно просто обернуться и… ладони снайпера стали липкими из-за холодного пота, а сердце глухо забилось в груди.
Это просто видение. Он справится… он не думал о них уже много лет. Джей столько работал. Отец и капитан Багги сказали, что он отлично справляется. Он сможет.
Он… он храбрый.
Охотник медленно повернулся и посмотрел на приближающуюся фигуру. А потом охотник на пиратов Джей стек с тела снайпера как растаявший на солнцепеке лед, открывая под собой испуганного кадета J-31. И сейчас, этот кадет смотрел на него.
Того, кто приказывал главному инструктору.
Он приходил каждый месяц. Высокий седой мужчина с бесстрастным холодным лицом, одетый в дорогой черный костюм. Он не был инструктором или агентом… но и гражданским он тоже не был. Никто из кадетов не знал его имени или звания. Он просто приходил, следил за проведением финальных тестов, а потом писал что-то на белом листе бумаги.
Этот лист и был списком успеваемости.
Тело J-31 трясло мелкой, еле заметной дрожью. Парень ощущал, как его горло сжала ледяная рука паники, а грудь стала с усилием вбирать воздух… он подходил все ближе. Кадет почти рефлекторно принял позу для построения. В его голове всплывали образы серых коридоров, безликих белых кроватей, залитых слезами детских лиц, красных, пахнущих металлом пятен и ослепляющих вспышек боли.
Он снова стоял напротив угрожающей фигуры, один из многих напуганных, но отчаянно храбрящихся кадетов. Он снова ждал, когда же главный инструктор сделает несколько медленных шагов к вывешенному на стене списку. Он ждал… ждал, когда в воздухе прозвучит его имя, и все это наконец-то закончится.
Седой мужчина, одетый в дорогой черный костюм, медленно прошел мимо и скрылся за следующим поворотом. Кадет J-31 остался стоять и молча ждать своего приговора. Спустя почти десять минут, какая-то обеспокоенная женщина заметила мелко трясущегося человека, одетого в бесформенный плащ. Она обеспокоенно похлопала его по плечу, и J-31 вернулся в Ватер 7. Парень крупно вздрогнул, отбросил руку сердобольной женщины и сорвался с места. Снайпер не знал куда он бежит и зачем… он просто жаждал убраться как можно дальше от него, серых казарм, крови и белого листа, решающего твою судьбу. Поэтому Джей бежал так быстро и так долго, как только мог… а для тренированного члена СР, это было очень и очень долго. Но рано или поздно силы кончаются даже у специальных агентов Правительства.
Поэтому, через почти час бешеного панического бега, Джей забился в глубокую темную подворотню. Там он сжался в очень маленький и незаметный комочек, обнял Винни, а потом провалился в один из самых мощных приступов панической атаки с момента своего ухода из СР9.
Нами грустно сидела на палубе Гоинг Мерри и потирала сломанный кем-то бортик. За время путешествия команды Мугивар, старушка пережила много удивительных, но очень опасных вещей.
И одна из этих вещей, нанесла их кораблю смертельную рану.
Длинноносый плотник Галей Ла осмотрел корабль и пришел с неутешительными новостями — киль корабля был сломан. И, очевидно, киль был одной из немногих вещей, которые нельзя было починить. Сколько бы денег у тебя ни было.