После примерно десяти минут вдумчивого чтения, Марко Феникс ощутил непреодолимую потребность повторить свой вчерашний загул, окончательно разочаровался в человечестве как виде, возжелал мучительно изничтожить каждого, кто принял участие в написании ЭТОГО (даже работников типографии, которые видели, что они печатают), и преисполнился неподдельным уважением ко всем детям, что пережили ЭТО и остались относительно в своем уме. А особенно к своему с… сыну, который, судя по отчету Багги, пытался в меру своих очень ограниченных возможностей наладить другим детям хоть какое-то понятие нормальной жизни. Или хотя бы стабильности.
Примерно на этой мысли Марко захлопнул мерзкое порождение больного садистского разума и еле удержался от желания ЭТО сжечь. Он еще не все прочитал. О, далеко не все. Нужно будет попросить Ба… людей Багги сообщить ему о любой информации по авторам этого… проекта. Марко
Хотя… возможно, очередь желающих будет слишком огромной, чтобы Марко мог туда втиснуться. И первым в очереди будет Ясопп.
Проклятье… как ему вообще говорить с… со своим сыном? На месте парня, Марко обходил бы авторитетные фигуры по огромной дуге и приближался бы, только чтобы эти самые фигуры пристрелить!
Марко Феникс издал новый мучительно жалобный стон и снова бухнулся головой о столешницу.
— Бр… — снова донеслось из-за двери.
— Заткнись, Герр! — крикнул Марко, — Не до тебя сейчас!
— Хорошо, братан, — покладисто согласился Герр.
И Марко Феникс был готов с головой погрузиться в меланхолию, но внезапно его прервал звонок стоящего рядом ДенДена. Мужчина очень тяжело вздохнул и начал вслепую нашариваться трубку улитки — поднимать голову со стола в ближайшее время он не собирался. Наконец, блондин нащупал трубку и снял ее с рычага.
— Марко Феникс, йой, — спокойно сказал лежащий на столе мужчина, — Что у вас за вопрос?
— Здравствуйте, — донесся изо рта улитки такой же спокойный голос — Меня зовут Джерри. И у меня есть для вас… новости, — совсем не зловеще произнес Джерри.
Сидящий у двери командира первой дивизии мужчина выглядел как плотно сложенный, бандитского вида пират средних лет. Его темные, с легкой кудрявостью волосы были собраны под темно-зеленой банданой, а на лице росла небольшая, но аккуратная борода. Мужчина весьма ей гордился. Она шла к его дворянской белой рубашке, темно-зеленым брюкам и висящей на боку шпаге.
Герру оставалось дежурить у двери Марко примерно два часа, пока его не сменит старина Карло. И лично Герр считал, что они немного перебарщивают. Конечно, старожилы рассказывали, в какой депрессии был Марко, когда узнал о смерти своей девушки. Говорили, что ему потребовалось почти полгода, чтобы начать более-менее нормально функционировать, и что он до сих пор запирается в своей каюте в день ее рождения. Возможно, узнать, что его девушку убили отчасти из-за него, а сына отправили в какой-то правительственный лагерь садистов, было не просто вскрытием раны, а варварским раздиранием этой самой раны и последующим поливанием ее кислотой. Но командир всегда был очень сильным мужиком. Герр сильно сомневался, что он бы пошел кончать с собой из-за чего-то подобного. Братан скорее приложил бы все силы, чтобы позаботиться об этом несчастном пацане, а не бросил бы его совсем одного в этом огромном мире.
Да, Герр вполне верил, что Марко мог так сильно набухаться, что чуть не утонул. Это было гораздо реалистичнее, чем попытка суицида.
А потом дверь каюты командира резко открылась, чуть не врезав Герру по лицу, и мужчина успел заметить выбегающего к краю палубы Марко. Следующие секунды прошли на чистых рефлексах. Мужчина быстро дернулся вперед, схватил братана за край рубашки и чудом удержал от падения в воду.
— Братан! — заорал Герр, — Какого #$@?!
— Мне надо туда! Мне надо туда СРОЧНО! — заорал Феникс.
— Ты охренел? — выпучил глаза пират, — У тебя же сын остался! Братан, возьми себя в руки! — приказал оскорбленный до глубины души Герр.
После чего ловкой подножкой повалил Марко на землю и взял в стальной захват. При этом шпага мужчины, выкованная из Морского Камня, прикасалась к Марко и мешала ему использовать силу Дьявольского Фрукта… что не мешало вроде как ослабевшему от Кейросеки Фруктовику биться, как быку на корриде.
— Я должен лететь! — крикнул братан, — Прямо сейчас! — отчаянно воскликнул Марко, продолжив вырываться из стальной хватки Герра.
— Мужики, — панически заорал пират, — он снова хочет себя грохнуть! Братан пытается себя убить!
И тут все обитатели корабля встрепенулись и волной хлынули наверх.
— Это не самоубийство! — заорал в ответ Марко, — Я смогу долететь! Всего девять дней полета… я командир первой дивизии! Я должен уметь совершать невозможное! — прорычал мужчина, дико вырываясь из стальной хватки.
К сожалению, к этому моменту подоспели остальные члены первой дивизии, и тут уже Марко не сдюжил. Мужчину связали специальными веревками из Кейросеки и потащили к единственному человеку, который мог отговорить их командира от суицида.