Воспоминания Пола Д. Кравата о том, как Шифф выступал, проливают любопытный свет на его показания: «Никогда я так не восхищался умом и характером мистера Шиффа, как во время расследования Комитета Армстронга осенью 1905 года. Общественное мнение тогда накалилось из-за сенсационных разоблачений, вследствие чего пострадала репутация многих невинных людей, а другие, не совсем невинные, подвергались общественному порицанию гораздо более, чем они того заслуживали. Более того, отношения м-ра Шиффа и его фирмы с «Обществом справедливого страхования жизни» были совершенно честными и не заслуживали критики. Однако этого оказалось бы недостаточно для того, чтобы оградить их от недоразумений и нападок общественности, если бы не храбрость и прямота мистера Шиффа, которые он проявил в своей речи… отвечая на вопросы мистера Хьюза. Я никогда не забуду, какое сильное впечатление произвели на Комитет его искренность и прямота. В результате мистер Шифф остался одним из немногих людей, связанных с «Обществом справедливого страхования жизни», репутация которых после расследования осталась незапятнанной».
Шифф твердо верил в централизованную ответственность управления коммерческими предприятиями и больше стремился к сотрудничеству с другими американскими и европейскими банками и банкирами, а не к конкуренции с ними. Именно поэтому фирма «Кун, Лёб и Кº» не открывала филиалы или агентства в других центрах и даже не заключала эксклюзивные договоры с другими финансовыми учреждениями, но поддерживала тесные отношения со многими из них. Среди них в Европе можно назвать банки «Бэринг Бразерс и Кº», дома Ротшильдов, «Бэнк оф Монреаль» в Лондоне, «Парижско-Нидерландский банк» в Париже и Брюсселе, «Хоуп и Кº», а также «Амстердамский банк» в Амстердаме и банкирский дом Варбургов в Гамбурге. Он поддерживал личные дружеские отношения с Касселем и Флемингом в Лондоне, Нетцлином в Париже и Максом Варбургом в Гамбурге. В первую очередь на их мнение он опирался, когда принимал участие в европейских финансовых делах.
В разное время Шифф поддерживал отношения с различными инвестиционными компаниями, созданными его друзьями за границей. Одной из них была компания «Инвестмент Траст» в Лондоне, образованная Флемингом. В 1904 г. обсуждался вопрос о создании финансового учреждения для американских сделок в Брюсселе, а на следующий год – об учреждении «Франко-американского банка». Последний замысел не удалось осуществить, так как после визита Нетцлина в Нью-Йорк в 1907 г. Шифф писал Касселю, что предлагаемый банк «обременит нас ответственностью, явно несоразмерной с возможной выгодой». Сам Нетцлин, очевидно, был сторонником открытия в «Парижском банке» специального отделения для американских операций.
Шифф поддерживал прочные отношения с немецким «Дисконто-Гезелыпафт» и иногда с берлинским «Дойче Банком». Он дружил с руководством последнего, особенно с доктором Г. фон Сименсом и Артуром Гвиннером. Первому, узнав о его уходе от активного управления банком, он писал: «Мне жаль, что учреждение, во многом обязанное своим выдающимся международным положением Вашим уму и энергии, в будущем останется без Вашего прямого руководства».
Крупным финансовым центром была Голландия. В Амстердаме Шифф в разное время имел дело с «Амстердамским банком», «Вертхайм и Гомпертц» и «А.А. Буассевен и Кº», но особенно с фирмой «Хоуп и Кº».
В начале XX в. в области международной миграции капитала возникла новая тенденция. До Первой мировой войны Соединенные Штаты по-прежнему занимали деньги в Европе; однако иностранные ценные бумаги чаще всего попадали в Нью-Йорк, и совокупность американских займов другим государствам значительно выросла – хотя до 1915 г. ее значительно перевешивал объем американских ценных бумаг, которые попадали в Европу. В то время как финансирование американских железных дорог составляло большую часть деятельности Шиффа, он никоим образом не пренебрегал и покупкой ценных бумаг иностранных государств и корпораций.
Когда американские финансовые круги начали привлекать инвестиционный капитал за пределами Соединенных Штатов, в первую очередь обратили внимание на соседние Канаду и Мексику и в целом – на Американский континент. Инвестиционные рынки Нью-Йорка и Новой Англии уже давно демонстрировали интерес к государственным займам и коммерческим предприятиям в этих странах, и Шифф пристально следил за ними почти с самого начала своей карьеры.
