Джеймс Хеллборн. Трилогия полностью

  - А что ты думал, Джеймс? - неожиданно вкрадчиво поинтересовался надпоручик Тай Кван До. - Ты принял нас за безбожных и безумных азиатских дикарей, которых хлебом не корми - но позволь кого-нибудь на куски порезать? А разве мы не люди? Если нас ударить, разве не потечет кровь? Если нас обидеть - разве мы не отомстим?

  "Шекспира перечитался", - машинально отметил альбионец.

  - Наша разведка уже сообщала о таких делах, но не все готовы в это поверить. Я специально приказал своим людям ничего пока не трогать - тебе хотел показать. И еще надо будет все тщательно сфотографировать и задокументировать. Теперь ты все понял?

  " Если не все, то кое-что". Джеймс машинально кивнул.

  - Без обид? Остаемся друзьями? Продолжаем сотрудничество во имя общего дела и Альянса?

  Еще один кивок.

  - Братья и сестры по оружию?

  И еще один кивок.

  - Вот и отлично, - низкорослый кореец ухитрился похлопать его по плечу. - Можешь называть меня просто Брюс. Я получил это имя при крещении. В честь шотландского святого. Но вернемся к нашим делам. Есть предложения общего свойства? Я не об этом, - уточнил надпоручик. - База в наших руках и...

  - Я вернусь на радиостанцию, - разлепил пересохшие губы Хеллборн. - Еще раз все тщательно проверю. Потом вернусь к тебе... Брюс.

  - Договорились.

  И еще один кивок. Черт, так и голова может отвалиться. Вместе с завтраком.

  " Стояла жара. Трупы разлагались быстро", - вспомнилось некстати. Откуда это? Что-то из классики, бойня в Халистанской пустыне. Здесь не Халистан, но солнце уже заметно припекало. Проклятые тропики. Порядочному альбионцу здесь не место. Не поэтому они "молились на грядущую войну".

  * * * * *

  Разумеется, за колючей проволокой уже никого не было. Освобожденных пленников разместили на широкой зеленой лужайке рядом с бывшим белголландским штабом (еще одно стандартное бунгало). Здесь же развернулся целый полевой госпиталь - белые палатки и другие подобные сооружения. Моряки-освободители окружили своих товарищей такой теплотой и заботой, что Хеллборну на какое-то мгновение стало стыдно. Он вспомнил, как только что поступил со своим соотечественником. Но стыд удалось прогнать без особых усилий. Если корейцы обнаружат в своих рядах труса, предателя, преступника - или козла отпущения - то быстро и легко отрубят ему голову. Без лишних эмоций.

  Здесь же находились корейские солдаты, раненные в ходе предрассветного боя, а также Бобби Розинделл с его простреленным плечом.

  - Все в порядке, сэр, - доложил моряк, заметив проходящего командира. - Обо мне хорошо заботятся.

  - Держись, артиллерист, - отозвался Джеймс. - Мы навестим тебя чуть позже.

  Бывшие хозяева лагеря, викинги и самураи, ныне пленники победоносной ФАБРИКИ, были собраны где-то на другом конце базы.

  "Был большой соблазн загнать их в это болото, - признался надпоручик Тай/Брюс, - но я решил не торопиться. К счастью, никому не удалось уйти. На острове был только один автожир, и мы взорвали его в первую минуту боя".

  Джеймс Хеллборн подумал, что стоит навестить побежденных виксов. Но тоже решил не торопиться.

  В самом штабе было тихо и скучно. Один из корейских офицеров сидел возле распахнутого сейфа и перебирал бумаги. За два дня, проведенные на "Пасифлоре", Хеллборн не успел познакомиться даже с половиной тамошних офицеров. Но этого он запомнил. Капитан-лейтенант Пак, кто-то вроде офицера безопасности. Завидев альбионского гостя, кореец поспешно перевернул читаемый листок и накрыл его ладонью. Хеллборн не обиделся. Есть дружественные страны, но не бывает дружественных контрразведок.

  - Доброе утро, капитан-лейтенант. Надпоручик Тай здесь? - как бы между прочим спросил Джеймс, хотя заранее знал ответ.

  - Он куда-то вышел, мистер Хеллборн, - отозвался офицер Пак. - Должен скоро вернуться.

  - Спасибо, я зайду попозже, - пообещал альбионец. Обязательно зайду, добавил он про себя. Мне тоже хочется взглянуть на эти документы.

  * * * * *

  Реджинальд Беллоди сидел на ступеньках бунгало и задумчиво смотрел в даль.

  - У тебя закурить не найдется? - каким-то возвышенным голосом спросил он подошедшего Хеллборна.

  - Откуда? - удивился Джеймс.

  Если даже не считать купания в океане, белголландского плена и короткого путешествия на "Пасифлоре" - ни там, ни там их сигарами не угощали - альбионцы почти не курят. Так уж получилось. В альбионском климате/на альбионской почве табак не растет. Первые колонисты были озабочены другими статьями импорта. А потом один из отцов-основателей, фанатичный пуританин, и вовсе запустил кампанию борьбы с "бесовскими огненными палочками". "Не пристало честному христианину исполнять языческий обряд!" и все такое прочее. Вот пили альбионцы много... По крайней мере, так казалось Хеллборну, пока он не увидел, как пьют в Европе или Америке. Если сравнивать с другими материками и странами, альбионцы были удивительно трезвым народом. Во всех отношениях. Гордость за альбионскую расу...

  - ...ты меня вообще слушаешь? - обиделся Беллоди.

  - Извини. На чем мы остановились? - повернулся к нему Хеллборн.