Интересно, поедут ли все его братья в Лос-Анджелес вместе с ним? Ава полагала, что это будет возможность для всех них, особенно для Рори с его музыкой. Черт возьми, Лос-Анджелес с его музыкальной сценой, парень, вероятно, никогда не захочет вернуться. А что, если бы это случилось с Джеймсоном? Возможно, ему тоже понравится западное побережье. Может быть, они закроют свой салон на Мейн-Стрит и навсегда откроются в Калифорнии.
Молоток стукнул, открывая сессию этого месяца и отвлекая ее внимание от мрачных мыслей. Ава потянулась за кофе и сделала глоток. Девушка плохо спала и чувствовала, как ее охватывает глубокая депрессия. Когда праздник закончился, ей больше не на чем было сосредоточиться. Возможно, пришло время перемен и для нее, но что? Забрать свой бизнес и переехать в другой город? Начать новый бизнес, новую благотворительность, новое хобби? Почему-то сейчас все это не казалось ей ни интересным, ни привлекательным, и Ава сомневалась, что это исправит ее разбитое сердце.
Собрание продолжалось, пункт за пунктом, пока, наконец, они не подошли к концу повестки дня, времени, когда будут рассматривать любые новые дела, которые граждане хотели бы выдвинуть. Ава услышала, как открылась задняя дверь, и подняла голову. В комнату вошли Джеймсон и его братья.
Да, конечно, они хотели получить свои парковочные места. И она сделала свое дело. Ава поговорила со всеми членами Совета перед собранием и рассказала им, как Джеймсон помог благотворительному фонду. Они с готовностью согласились, как, вероятно, и сделали бы несколько месяцев назад, если бы она не подняла такой шум и не направила свой голос против него.
Теперь мужчина стоял там, ожидая своей последней части в их сделке. Когда заседание закончилось, и они открыли зал для новых дел, Джеймсон подошел к трибуне.
— Я бы хотел, чтобы Совет уделил мне немного времени.
Председательствующий член Совета наклонился к микрофону.
— Назовите, пожалуйста, свое имя.
Не сводя глаз с Авы, Джеймсон ответил мужчине:
— Джеймсон О'Рурк из "Brothers Ink».
— Изложите ваше дело, мистер О'Рурк.
— Я хотел бы предложить обозначить три парковочных места перед «Brothers Ink» как зарезервированные для парковки мотоциклов. Я думаю, что Совет увидит, что, поступая таким образом, мы сможем удержать один мотоцикл от того, чтобы занять место для парковки стандартного размера, и таким образом мы сможем поместить три мотоцикла в одно и то же отведенное место. Таким образом, освобождая больше мест для автомобилей и, в конечном счете, более эффективно используя парковочное место.
— Ходатайство о выделении трех парковочных мест перед салоном "Brothers Ink» на Мейн-Стрит только для стоянки мотоциклов.
— Я поддерживаю это предложение, — сказал один из членов в конце ряда.
— Все за то, чтобы сказать, да?
— Да, — раздалось по всему помосту.
— Есть те, кто скажет: нет?
Наступило молчание.
— Единогласно. Разрешается. — Молоток с грохотом опустился на стол.
— И еще одно, — сказал Джеймсон в микрофон.
— Да, сэр?
— Это для члена Совета Хайтауэр.
Ава была уверена, что ее лицо выглядело пораженным, когда Джеймсон обратил на нее все внимание коллеги. Она наклонилась к микрофону.
— Да, мистер О'Рурк?
— Я тебя не знал. Судил о тебе, не зная тебя. Я основывал все это на том, что ты отказала в этих парковочных местах. Я ошибался… во всем. Но, несмотря на все это, ты выстояла. Показала мне тот характер, тот дух, ту решимость, которые помогли тебе пережить трудные времена в твоей жизни, Ава. И я знаю, что твой самый большой страх в этой жизни — неудача. Но ты не проиграла, Ава. Не разу. Ни в чем, что ты когда-либо делала, несмотря на то, что ты думаешь. Но ты ошибалась в некоторых вещах, дорогая. Я знаю, что тебе неприятно это слышать, но я собираюсь указать тебе на них. Ты ошибалась насчет того, что я согласился на ту работу в Лос-Анджелесе, ты ошибалась насчет того, что я считаю важным. Черт, держу пари, ты даже ошибалась насчет меня и Кортни Кемп.
В комнате поднялся ропот.
— Мистер… О'Рурк, это очень необычно, — сказал председательствующий член совета.
— Дайте ему закончить, пожалуйста. Я бы хотела услышать, что он скажет, — сказала Ава в микрофон.
— Но самое главное, ты ошибалась насчет того, что я чувствую к тебе, и что ты значишь для меня. Я люблю тебя, Ава. И я остаюсь здесь. Так что не думай, что тебе удастся так легко от меня избавиться, милая. — Джеймсон подошел к помосту. Мужчина стоял перед ней, засунув руки в карманы. — Я стою здесь, детка, и никуда не собираюсь уходить. И на случай, если ты пропустила последнюю часть. Я повторю это еще раз. Я влюблен в тебя. Так у тебя есть какой-нибудь умный комментарий на это?
Ава улыбнулась Джеймсону, ее глаза наполнились слезами, и покачала головой.
— Тогда тащи свою задницу сюда, женщина.
Девушка встала, обежала вокруг скамейки и бросилась к нему, обвив руками его шею. Джеймсон поднял Аву на руки, и весь зал взорвался радостными криками и аплодисментами.
Джеймсон вынес девушку из помещения, как Зак Майо вынес Паулу с фабрики бумажных пакетов в "Офицере и джентльмене".
