Джек из Тени полностью

– Очевидно. Да, это очень хороший фокус. Мне не потребовалось много времени, чтобы его разработать и воплотить. В конце концов, я, несомненно, талантливейший среди волшебников – несмотря на то, что самые драгоценные из моих манускриптов, связанных с Искусством, были украдены много лет назад.

– Какая досадная потеря, – заметил Джек. – Я полагал, что ты охраняешь столь ценные документы с особой тщательностью.

– Их хорошо охраняли. Однако начался пожар. Во время суматохи вор сумел забрать манускрипты и скрыться в тени.

– Понятно, – сказал Джек, доедая последний кусок хлеба, и сделал глоток вина. – Вора удалось поймать?

– О да. Его казнили. Но я с ним еще не закончил.

– В самом деле? – сказал Джек. – И каковы твои планы?

– Я намерен свести его с ума, – сказал Повелитель Нетопырей, покачивая бокал с вином.

– А если он уже сошел с ума? Разве клептомания – это не душевное расстройство? – поинтересовался Джек.

Повелитель Нетопырей покачал головой.

– Не в его случае, – сказал он. – Здесь речь идет о гордости. Ему нравится обманывать сильных, присваивать их имущество. Судя по всему, так он подпитывает свое самомнение. И, если подобное желание является душевным расстройством, тогда им страдает большинство из нас. Однако его желание часто бывает удовлетворено. Он добивается успеха благодаря тому, что обладает некоторой силой, а также хитер и безжалостен в ее применении. Я получу большое удовольствие, наблюдая, как он деградирует до полного безумия.

– Чтобы потешить свои гордость и самомнение? – полюбопытствовал Джек.

– Частично. Кроме того, так я отдам должное богу Правосудия и окажу услугу обществу в целом.

Джек рассмеялся. Повелитель Нетопырей в ответ лишь улыбнулся.

– И как ты собираешься добиться желаемого результата? – спросил наконец Джек.

– Я посажу его в тюрьму, откуда невозможно сбежать, где ему будет совершенно нечего делать – только существовать. Периодически я стану внедрять сюда различные элементы, а потом их забирать – элементы, которые со временем начнут занимать его все сильнее, вызывая периоды депрессии и приступы ярости. Я сломаю его самодовольную уверенность, выкорчевав гордость, из которой она произрастает.

– Да, теперь я понимаю, – сказал Джек. – Складывается впечатление, что ты давно к этому готовился.

– Даже не сомневайся.

Джек отодвинул опустевшую тарелку, откинулся на спинку стула и посмотрел на множество отражений, которые его окружали.

– Я полагаю, теперь ты скажешь, что твой кулон может быть потерян во время океанского путешествия, похоронен, сожжен или скормлен свиньям.

– Не скажу, поскольку ты сам об этом подумал.

Повелитель Нетопырей поднялся и небрежно указал вверх, в сторону какой-то точки у них над головой.

– Я вижу, что, пока мы ужинали, тебе приготовили ванну, – сказал он, – и чистую одежду. Я покину тебя, чтобы ты смог ими воспользоваться.

Джек кивнул и встал.

Из-под стола послышался удар, за ним последовало невнятное бормотание и пронзительный вопль. Джек почувствовал, как кто-то схватил его за щиколотку, а в следующее мгновение рухнул на пол.

– Не сметь! – закричал Повелитель Нетопырей, поспешно огибая стол. – Назад, я сказал!

Десятки летучих мышей вырвались из-под его плаща и метнулись в сторону того, что находилось под столом. Оно заверещало от ужаса, еще сильнее сжало щиколотку Джека, и ему показалось, что его кости сейчас превратятся в порошок.

Он поднялся и медленно наклонился. После чего даже боли стало недостаточно, чтобы справиться с параличом отвращения, которое наполнило Джека при виде представшего ему зрелища.

Безволосая конечность была белой, блестящей, покрытой неровными синими отметинами. Повелитель Нетопырей лягнул ее, и Джек почувствовал, что щиколотка освободилась; но прежде чем конечность отдернулась и скрестилась с другой, защищая голову, ему удалось увидеть перекошенное лицо.

Существо выглядело как нечто, стремившееся стать человеком, но так и не достигшее этой цели. На него наступили, искорежили его, проделали дыры в тошнотворном тесте похожей на опухоль головы. Сквозь прозрачную плоть туловища виднелись кости, короткие ноги были толстыми, как деревья, и заканчивались лапами в форме диска, с которых, точно корни или черви, свисали десятки длинных пальцев. Его руки были длиннее, чем все его тело. Это был раздавленный слизняк, создание, замороженное и растаявшее прежде, чем его обожгли в печи. Это был…

– Это Боршин, – сказал Повелитель Нетопырей, протягивая руки к визжащему существу, которое, казалось, не могло решить, кого боится больше – летучих мышей или их хозяина, – и продолжало биться головой о ножки стола, пытаясь увернуться от всех сразу.

Повелитель Нетопырей сорвал подвеску с шеи и с проклятием швырнул в уродца. Существо тут же исчезло, оставив небольшую лужу мочи на том месте, где корчилось. Летучие мыши скрылись в складках плаща Повелителя Нетопырей, который улыбнулся Джеку.

– Что, – сказал Джек, – такое Боршин?

Повелитель Нетопырей некоторое время разглядывал свои ногти.