Обвязав свежевыбритый подбородок Мэггса салфеткой, Мерси принялась стричь его мокрую шевелюру, Мэггс сидел неподвижно, выпрямившись, чувствуя торжественность момента. Мерси, мысленно перекрестившись, совсем не намеревалась быть слишком смелой в общении с ним. Она просто пострижет его и приведет в порядок его одежду для визита к сыну. Господь Бог свидетель, что у нее нет никакого другого плана, разве что надежда получить работу в его доме.
— Не двигайтесь.
— Я думаю. — Мэггс надул щеки. — У меня в голове столько отличных мыслей. Вы могли бы доставить ему письмо до моего визита?
Она положила ладони на его макушку, чтобы он не вертел головой.
— Что ж, я теперь ни у кого не в услужении.
— Вы хотите, чтобы я вас нанял?
Мэггс поймал ее взгляд в зеркале. Однажды в погребе он так же посмотрел на нее. Она тогда не поняла его. Но на сей раз она не повторит ошибки. Мерси выдержала его взгляд, а затем вернулась к своей работе.
— Да, сэр. Это было бы большим облегчением для меня, — сказала она.
— У меня есть кое-какие бумаги, и мне хотелось бы, чтобы мой сын… — произнеся эти слова, Мэггс посмотрел в зеркало и смущенно улыбнулся ей. — Я просто хочу, чтобы мой сын познакомился с ними до того, как мы с ним встретимся.
Обычно не встречая на этом лице особой благожелательности к себе, Мерси тем не менее пожалела Мэггса, представив себе разочарование, которое ждет его в эту заветную встречу. Она знала, да простит ее Господь, что произошло с Констеблом, навестившим Генри Фиппса.
Надежды Джека Мэггса будут разбиты вдребезги на булыжной мостовой Ковент-Гардена.
— Я с удовольствием отвезу ваши письма мистеру Фиппсу.
— Он рано встает?
— Я ничего не знаю об этом джентльмене.
Мерси постаралась не встретиться с ним взглядом в зеркале еще раз и вернулась к стрижке. У Мэггса были жесткие и густые, как шерсть зверя, волосы. Ощущение это было странным и очень интимным. Мерси подумала, стоит ли ей признаваться в своем неосторожном разговоре с мистером Баклом. Она сказала ему, где находится Генри Фиппс, думая, что Джек Мэггс исчез уже навсегда. Но теперь он здесь и смотрит на нее. Ей казалось, что он догадывается о ее обмане, и это было невыносимо.
— Ваша жена высокого роста?
Джек наконец отвел взгляд от ее отражения в зеркале. Причесывая его волосы и заправляя их за уши, она увидела, что одна из ушных раковин изуродована. Это был не аккуратный срез ножом, а грубый и жестокий обрыв ткани.
— Вы не произнесли бы слово «жена», если знали правду. Вы понятия не имеете, какова жизнь в этом месте. Тогда бы вы не стали судить меня. Вам, возможно, захотелось бы убить человека за такое обращение даже с собакой, но с нами обращались именно так. Вышибают мозги и ничуть не жалеют об этом. А что касается меня, мисс, то, как у пса, у меня нет жены. Такая девушка, как вы, не знает, что значит жить в яме.
— У вас больше нет жены?
— Вы настоящий маленький терьер-ищейка, не так ли?
Однако Мерси ничего не ответила, громко щелкая ножницами вокруг его головы, поэтому ответил он:
— Нет.
— Простите, что вы сказали?
— У меня нет жены.
Мерси сознавала, что лучше оставить эту тему разговора, но это было выше ее сил. Ее интересовала не жена Мэггса, а его малолетние дети.
— Ваши дети сейчас с матерью?
— О, вы всегда будете Мисс Любопытством! Ну ладно, существуют двое мальчуганов и две матери. Мальчишки на попечении моего друга, плотника, и его жены, доброй и честной женщины по имени Пенни Сандерв. Для мальчишек это дом, который они знают всю свою жизнь.
— Вы насовсем оставили их одних?
— Они не одни.
— Но ведь вы их Па! — неистовствовала Мерси. — Вы их отец, однако решили найти себе сына получше?
— Не дай Бог!
Хватив прядь его волос, она с особой силой отрезала ее. Пошли мне, Господи, терпение, молилась Мерси, и усмири этот ужасный характер.
— Да, — признался он. — Я надеюсь, что нашел себе сына более высокого происхождения. Да, искренне надеюсь. Его образование, которое в тысячу раз лучше того, что мне когда-либо приходило в голову, обходилось мне пятьдесят фунтов в год. Не понимаю, почему у вас такой сердитый вид, мисс? Каждый отец мечтает, чтобы его сын был лучше всех.
— Я не сержусь. Почему я должна сердиться?
Мерси с ножницами наконец добралась до самых коротких волос на шее Мэггса. Ворот его рубахи был распахнут и откинут, и, подстригая шею, Мерси невольно увидела на спине Мэггса длинные темные шрамы — следы жестокой порки.
— Я отнюдь не злой человек, мисс, — продолжал защищаться Мэггс.
— Кто же это так порол вас плетью, мистер Мэггс? — внезапно, не удержавшись, спросила она.
— Некий кокни по имени Раддер. Королевский солдат.
— Значит, вас порол сам король, — решительно заключила Мерси.
— Мы были вне поля зрения короля. Сам Господь Бог не видел нас в этой яме.
Мерси стригла волосы, то и дело поглядывая на изуродованную спину.
— Если бы я был вашим Па, Мерси, то никогда не покинул вас.
— Но вы не мой Па.
— Да, не ваш.
— Как их зовут?
— Это вас не касается… Ричард, — наконец, помолчав, ответил он.
— Ричард?
— Я зову его Дик.
— Сколько ему лет?
— Джону шесть. Дику десять.
