После убийства Энни деловые люди Ист-Энда сформировали своеобразную дружину, возглавляемую Джорджем Ласком, строителем и подрядчиком. Дружина Ласка приняла следующее обращение к общественности: «Несмотря на то что в нашем районе совершаются чудовищные убийства, полиция не может обнаружить преступника или преступников, виновных в этих жестокостях. Поэтому мы решили образовать собственный комитет по расследованию. Мы намерены предложить реальное вознаграждение любому, кто снабдит нас информацией, способствующей поимке преступника и передаче его в руки правосудия».
Член парламента предложил пожертвовать в фонд комитета сто фунтов, изъявили желание помочь и другие граждане. В документах столичной полиции от 31 августа и 4 сентября отмечается, что подобная практика вознаграждений за информацию была запрещена несколько лет назад, поскольку деньги стимулировали людей выдумывать несуществующие улики или даже фальсифицировать их, а также «способствовали распространению бесконечных слухов и сплетен».
В Ист-Энде кипело возмущение. Люди собирались у дома 29 по Хэнбери-стрит, переругивались, смеялись и шутили, а остальной Лондон впал в «некий ступор», как описывала тот период газета «Таймс». Преступления превосходили «самые ужасные вымыслы писателей». Убийства, совершенные Джеком Потрошителем, по своей жестокости были несравнимы даже с «Убийством на улице Морг» Эдгара Аллана По. «Никакой вымысел не может сравниться с этими убийствами ни по своей природе, ни по тому воздействию, какое они оказали на воображение населения».
«Хангерфорд Пэлес оф Вэрайетиз» Гатти был одним из самых вульгарных мюзик-холлов Лондона. В 1888 году Сикерт был завсегдатаем этого заведения и приходил сюда по нескольку раз в неделю.
Встроенный в 250-футовую арку под железной дорогой неподалеку от вокзала Чаринг-кросс театр Гатти вмещал шестьсот зрителей, но порой в здание набивалось более тысячи грубых, буйных мужчин, которые часами пили, курили и возбуждались от сексуальных номеров. Популярная Кэти Лоуренс шокировала приличную публику, одеваясь в мужские бриджи или свободное короткое платье, которое открывало куда больше женской плоти, чем это было позволено в викторианскую эпоху. Звезды мюзик-холла Кейт Харви и Флоренс Хейз постоянно выступали у Гатти, когда Сикерт делал свои мгновенные наброски в тусклом свете рампы.
Полуобнаженные женщины вызывали всеобщее возмущение, но никто не проявлял беспокойства по поводу эксплуатации совсем еще девочек, которые распевали столь же скабрезные песенки, что и взрослые певицы. У Гатти на радость педофилам выступали даже восьмилетки, одетые в костюмчики и короткие платьица. Они послужили материалом для многих картин Сикерта. Историк искусства доктор Робинс объясняет, что «среди декадентствующих писателей, художников и поэтов существовал своеобразный культ очаровательных невинных девочек, звезд мюзик-холла». В своей книге «Уолтер Сикерт: Рисунки» доктор Робинс предлагает по-новому взглянуть на художественные образы актрис, которых художник видел вечер за вечером и за которыми следовал из одного мюзик-холла в другой. Его наброски отражают состояние психики и образ жизни художника. Когда Сикерт не писал больших картин, он постоянно делал маленькие наброски на открытках и клочках дешевой бумаги.
Посмотрите на эти мгновенные карандашные наброски, хранящиеся в галерее Тэйт, в университете Ридинга, в художественной галерее Уокера в Ливерпуле и в художественной галерее Лидса. Они позволят вам проникнуть в мир мыслей и эмоций Сикерта. Его художественная натура мгновенно воспламенялась от того, что он видел на сцене. Перед нами предстают настоящие фотографии, сделанные сквозь линзу его собственных фантазий. Пока другие мужчины ухмылялись и кричали от возбуждения, глядя на полуодетых актрис, Сикерт рисовал расчлененные женские тела.
Вы можете сказать, что эти рисунки художник делал для того, чтобы улучшить свою технику. Руки, к примеру, рисовать очень трудно. Величайшие художники испытывали трудности при изображении рук. Но когда Сикерт сидел в мюзик-холле, прямо возле сцены, и делал свои наброски, он был далек от совершенствования техники. Он рисовал головы, отделенные от шеи, руки без кистей, торс без рук, обнаженные бедра, торс без конечностей с грудями, торчащими из глубокого декольте.
Искусствоведы могут сказать, что Сикерт искал новые способы размещения человеческого тела так, чтобы оно не выглядело напыщенно и неестественно. Может быть, это и так. Сикерт наверняка видел пастели Дега с изображением обнаженных женщин. Возможно, он просто подражал своем идолу, который сумел перейти от старого способа изображения статичных моделей в студии и смело экспериментировал с более естественными позами и движением. Но когда Дега рисовал одну только руку, он работал над техникой и впоследствии использовал эту руку в картине.
