Около восьми часов утра Кук, лейтенант морской пехоты Филипс и девять солдат сели в лодку. Кук держал в руках заряженное пулями ружье. Стоя в лодке, отдавал последние распоряжения оставшимся на «Решимости» и лейтенанту Кингу, приехавшему с утра. Необычное слышалось в голосе капитана, его маленькие глаза беспокойно блестели, во всех движениях угадывалось плохо сдерживаемое волнение. Торопясь, он не давал говорить, перебивая… «Последние приказания, полученные мною от него: успокоить туземцев, уверяя, что им не причинят никакого зла, не разделять мой маленький отряд и быть на чеку…» Кинг вернулся в лагерь. Лодка пошла к селению Коуроуа, где жил Терреобу.
Кук сигнализировал шлюпке «Решимости», стоявшей у северного мыса, итти за ним. Сойдя на берег вместе с Филипсом и солдатами он пошел в селение.
Встреча как будто была обычней»: туземцы падали ничком на землю и подносили поросят. Значит, никто не подозревал решения Кука. Вызвав сыновей царя, Кук попросил отвести его к Терреобу. Старик дремал на цыновке. Кук рассказал ему про воровство, дипломатично прибавив, что не считает его виновником кражи, и пригласил отправиться с ним на корабль. Терреобу не колебался ни минуты. Его сыновья сели в лодку и ждали отца, ковылявшего рядом с Куком. Несколько человек приближенных шли сзади. В это время в бухте раздались мушкетные выстрелы: матросы с лодок обстреливали уходившую пирогу.
Шедшая за царем старуха закричала, зовя одну из жен Терреобу — мать его двух сыновей. Та прибежала в слезах, бросилась к ногам старика, умоляя не ехать с чужеземцами. За ней следом пришли два вождя и тоже начали уговаривать не садиться в лодку и заставили Терреобу сесть на землю/ Напуганные выстрелами и расставленными в бухте вооруженными лодками, туземцы толпами стали сбегаться к царю, окружая англичан. Дело принимало неожиданный оборот.
Лейтенант Филипс спросил Кука, не лучше ли вывести солдат из толпы и расставить шагах в тридцати в боевом порядке у скал на берегу моря? Кук согласился. Толпа пропустила солдат, сомкнувшись снова вокруг Кука. Он принялся горячо уговаривать Терреобу итти за ним и даже было заставил его встать, но усиливающиеся вопли женщин, крики вождей, силой удерживающих царя, заставили Кука изменить свое решение. Он сказал Филипсу, что миром ничего не сделаешь, а проливать напрасно кровь он не хочет. Дрожащий от страха старикашка, плачущие женщины были ему жалки, а угрожающие выкрики в толпе не предвещали ничего хорошего. Он решил уйти и медленно пошел к берегу вместе с Филипсом. Толпа недовольно галдела.
Кук не оборачивался. Он не видел, как опрометью бежал с другой стороны берега туземец, как, расталкивая толпу, упал к ногам царя и рассказал, что чужеземцы с лодок только что убили одного из вождей, плывшего на пироге. Он не видел, как утащили Терреобу и в один миг все мужчины, отослав женщин и детей, оказались завернутыми в боевые цыновки и вооружились пиками и камнями. Только звук бегущие за ним шагов заставил Кука обернуться. Громадного роста туземец стоял перед ним, потрясая копьем и кинжалом. Он увидел налитые кровью глаза и рот, выплевывающий неистовые угрозы. Кук крикнул на него и выстрелил дробью, не пробившей цыновки. Камни полетели в солдат. Один из туземцев замахнулся кинжалом на Филипса, но был убит ударом ружейного приклада. Кук выстрелил и пулей свалил другого. Толпа с воплем ринулась на англичан. Солдаты и матросы с лодок встретили их залпами из мушкетов. Не испугавшись огня, озверелая толпа набросилась на солдат, не успевших зарядить ружей. Началась общая свалка.
Кук видел, как его солдаты падали под ударами кинжалов, другие бежали с лицами, облитыми кровью, и бросались в воду к лодкам, Видел, как туземец ударил Филипса кинжалом в спину, как лейтенант, стоя по колени в воде, обернулся и выстрелом из ружья убил нападавшего.
Кук подбежал к самой воде, махал руками матросам и кричал, силясь остановить стрельбу. Но навстречу его крикам продолжали бить залпы, кося за его спиной туземцев. Даже в эту последнюю минуту Кук пытался остановить кровопролитие. Один на берегу, он стоял между матросами и островитянами в беспощадной попытке примирения.
Удар в затылок, другой — в спину, третий… Рука выпустила ружье… Дикий, радостный вопль туземцев, смеющийся оскал зубов… Залп с лодок и раскат пушечного выстрела с корабля…
С лодок видели, как туземец ударил Кука копьем в голову и как капитан упал лицом в воду, как другие схватили его за ноги и поволокли к берегу, нанося удары кинжалами. Патроны были расстреляны, и лодкам пришлось отойти под прикрытием артиллерии, не подобрав убитых.
Отряд, оставшийся в лагере, кое-как отбился от нападения туземцев. Хладнокровие и умелая распорядительность Кинга, защищенность стенами кладбища спасли солдат. Пушечный выстрел с «Открытия» и ружейные залпы разогнали нападавших, ранив несколько человек.
