На лице владыки Асатла отразилось неудовольствие, но его наследник был невозмутим. Молодой Шират уже не являлся юношей, ему исполнилось лет двадцать пять, и хоть он не произнес ни слова, но за перепалкой следил внимательно. Че Куату припомнились слухи о том, что наследник похитрее своего родителя и духом тверже. Впрочем, оба они походили на койотов.
- Протекторы, - хмуро буркнул Шират, - самозванные владыки! Только этих черепашьих яиц здесь не хватает! Может, еще кейтабцев позвать? Или вождей северян из Тропы Тайонела? Или скунсов из Рениги? Нет и нет! Мы решим свои дела без них!
Слишком высокомерен, подумал Че Куат и произнес:
- Верно сказано Джеданной: мы. Дом Арсолана и Дом Одисса, за Протекторов не отвечаем, а Сеннам вообще не имеет к ним отношения. Но хочу напомнить кое-что еще, почтенный Шират. Да, в Протекторах есть наша кровь! Владыки Иберы и Атали ведут свой род от Джемина, сына Чоллы, а в Бритайе и других землях правят те, кого возвысил светлорожденный Дженнак из Дома Одисса. Но поглядим теперь на Россайнел! И что мы видим? Есть россайны и есть росковиты, столичная знать. Кто же они? Потомки россайнов и атлийцев, россайнов и тасситов, народ смешанной крови, ибо люди Асатла веками переселялись в Россайнел, брали местных женщин и рождали от них сыновей и дочерей. Кто-то из их потомков служит тебе, а кто-то служить не хочет и желает править Азайей своей волей и властью. И они богаты, очень богаты! Что им наши чейни! Им не надо этих денег, у них есть копи в Сайберне и в горах Айрала, где полно золота, серебра, всякой руды и драгоценных камней. Еще у них есть лес, рыба, меха и плодородные земли... Сколько всего, ты знаешь, повелитель, ведь они платят налоги, а ты их тратишь на флот и войско. Им это не нравится, и платить они не хотят. Они объединились в Мятежный Очаг, они вооружаются, они бунтуют против твоей власти... Вот истина! Но при чем тут мы?
Лицо Ширата перекосилось. Не за тот конец палки он взялся, чтобы утихомирить бунт в своих колониях! Не тех обвинял! Это было ясно, как свет луны и солнца. Хотя, разумеется, не исключалось, что кто-то из Одиссара и Арсоланы, а тем более, из риканских земель, вел дела с Мятежным Очагом. Но пойди докажи! У истины длинная тень, но надо еще ее увидеть!
- В том, что ты сказал, есть правда. - Голос аситского владыки сделался потише. - Есть, не стану отрицать! Но если я потеряю Азайю, будет ли вам выгода? Росковиты, - он выговорил это с явным отвращением, - росковиты, плевок Одисса, завладеют Китаной, Сайберном и, возможно, Хингом и Биха- рой... Сложится огромная держава, и против нее каждый из нас в отдельности - что пыль на ветру... Не здесь будут решаться судьбы мира, не в древней Эйпонне, а за океанами. Вы к этому готовы?
Все верно, подумал Че Куат, все идет, как должно идти. План Разделения Че Чантара - не миф, а реальность, и вот он в действии! Теперь это поняли и владыки Аситского Дома — поняли, не в силах бороться с неизбежным! Поняли, но не до конца... Сложится огромная держава, сказал Шират, и против нее каждый из нас - пыль на ветру... Но отчего же против? Не против нее, а вместе с ней!
- Ты спрашивашь, готовы ли мы? - сказал Джеданна. - Что ж, я отвечу. Времена меняются, достойный Шират, и приходится делиться властью. Такова воля богов! Я это понимаю. Я прожил почти столько же, сколько все вы вместе взятые, и в сердце моем нет сожалений.
Шират вздрогнул, а лицо его наследника омрачилось. Не любили они, когда упоминались сроки жизни, столь короткой у владык Асатла. И светлорожденных тоже не любили, ибо грызла их зависть. Не просто не любили - ненавидели.
Отбить всех быков не удалось. За широкой медленной рекой, что текла к Океану-без-Имени, похитители разделили стадо: половину скота угнали в холмы, половину - вверх по течению, в большую деревню, где жил Пекунзе Тоа, вождь тех закофу, что досаждали поселенцам чаще остальных. Решив, что с Пекунзе и его ублюдками разберется через день-другой, Семпоала повел отряд к холмам. Хоть грабители и погоняли быков, хлестали нещадно ремнями, лупили палками, уйти от конных у них не получилось. Семпоала и его соседи настигли закофу у холма, когда стадо карабкалось вверх по склону. Быки и коровы жалобно ревели, срывались с кручи, и кое-где валялись мертвые животные с переломанными ногами и свернутыми набок шеями.
Это разъярило поселенцев. Быки, завезенные из Одиссара и Сеннама, были их главным богатством, источником мяса и шкур, да и землю без быков не вспашешь. Рогатый скот берегли; путь через Бескрайние Воды был долог, и за каждую голову приходилось платить по пятнадцать серебрянных чейни. Более всех гневался сеннамит Грза, первый скотовод в здешних краях - у его народа быки пользовались особым почтением.
