Энглтон вызывает Алана, только когда нужно кому-то серьезно вломить. Барнс – командир особого эскадрона ОВС, которому поручено поддерживать в полевых условиях департамент оккультных операций, то есть одного из самых страшных и самых странных подразделений спецназа в британской армии. Я был с ними, когда эти ребята вошли в прореху в пространственно-временном континууме, чтобы врезать в нос древнему злу, которое пыталось пролезть на нашу сторону; я видел, как они проводили зачистку промзоны в Милтон-Кинс, где якобы бегал василиск; они же спасали меня во время учений в Данвиче – сомнительное удовольствие. Может, Энглтон решил бросить в дело тяжелую кавалерию? С этим легче смириться, чем с тем, что Энглтон списал меня в потери и запустил План «Б».
Наверху охранник удивляет меня: он проходит мимо двери в оранжерею и открывает люк, за которым тянется узкий зеленый коридор, ведущий на корму.
– Сюда, – приказывает он, пока его напарник стережет меня сзади.
– Ладно, иду, – говорю я настолько покорно, насколько могу. – Но куда мы идем?
Громила открывает дверь в дальнем конце коридора и бросает через плечо:
– В штаб.
Моргая от яркого света, я выхожу на отрезок палубы, которого раньше не видел. Он зажат между большой моторной шлюпкой и целой шеренгой серых цилиндров, которые торчат из надстройки за рощей антенн и мачт. Шлюпка висит на каком-то подъемном механизме. Здесь уже тесно: рядом стоит Рамона, а с ней Макмюррей, одетая с иголочки мисс Тодт и еще несколько черных беретов.
– О, мистер Говард, – кивает мне Макмюррей. – Не желаете прокатиться?
– Куда вы…
Мой охранник тыкает мне в спину пальцем.
– Запрыгивай.
Черные береты на палубе возятся с пультом управления подъемника. Макмюррей указывает на шлюпку:
– Это быстро, мы почти на месте.
– А куда мы плывем?
– К «Эксплореру». – Макмюррей, кажется, торопится. – Давайте, нам нельзя опаздывать.
– Пошли, – говорит мисс Тодт и забирается в шлюпку.
Рамона идет следом за ней, бросив убийственный взгляд на Макмюррея.
«Ты не могла бы?..» – начинаю думать я, но потом понимаю, что не слышу ее у себя в голове.
– Где глушилка? – тихо спрашиваю я.
– Думаю, у него, – отвечает, не глядя на меня, Рамона. – Они нам не доверяют.
– А вы бы на нашем месте доверяли? – спрашивает Иоанна.
Я вздрагиваю. Она улыбается – без всякого дружелюбия.
– Тебе бы я доверила что угодно, дорогая, – говорит Рамона. – В первую очередь – облажаться.
– Ах ты… – мисс Тодт темнеет, будто готова взорваться.
Макмюррей кладет ладонь ей на руку, прежде чем она успевает вскочить.
– Молчите обе, – удивительно спокойным тоном говорит он, и они почему-то замолкают.
Я кошусь на Рамону и вижу, что у нее подергивается щека. Она выкатывает глаза, и тут меня озаряет.
– Все всё поняли, – говорю я, наклонившись к Макмюррею. – Разреши им говорить. Они больше не будут.
– Ты в этом уверен, парень? – ухмыляется Макмюррей. – Я этих стерв и им подобных знаю дольше, чем ты на свете живешь, и они…
– Не в этом дело! – Я тыкаю в него пальцем. – Вам же нужно, чтобы она вам добровольно помогла, верно?
Он коротко смеется. В этот момент начинает тарахтеть подъемник, и лодка дергается.
– Ладно, будь по-твоему, – милостиво соглашается Макмюррей, когда шлюпка поднимается над палубой, отчего Рамону бросает на меня.
– Скотина, – неслышно произносит она.
А затем туман рассеивается, и я вдруг снова чувствую ее присутствие в своем сознании – теплое и четкое, как собственный пульс.
«Не ты, он, – мысленно добавляет Рамона. – Спасибо. Нетипичная для Патрика ошибка – снять одновременно оба блока».
«Думаешь, он это нарочно?» – спрашиваю я, гадая, сколько у нас времени на разговор.
«Вряд ли».
Макмюррей что-то говорит мисс Тодт, которая облокотилась на борт рядом с ним. Я пытаюсь извлечь из его оплошности максимум пользы:
«Я их уже ловил на других ошибках: подключился к сети наблюдения Эйлин. Мо прилетела, и сюда направляется группа поддержки, чтобы нас освободить. – Подъемник переносит шлюпку за борт „Мабузе“, и она начинает, как лифт, опускаться к воде. От этого у меня желудок лезет в горло. – Гриффин на месте, похоже, он ведет двойную игру. Рамона, если столкнешься с Мо, не беси ее, она привезла…»
Я вдруг понимаю, что у меня в голове полно ваты, а Рамона меня не слышит. Она смотрит на меня, моргает, а затем переводит взгляд на Макмюррея, который в ответ слегка улыбается.
– А это зачем? – обиженно спрашивает она.
– Никаких разговоров вне школы, – говорит он, задумчиво глядя на меня; мимо его головы проплывает иллюминатор, напоминающий прыщ на боку у мастодонта. – Приказ шефа. Вот окажешься на борту ГБД-2, тогда и поговорите.
– Наслаждайся тишиной и покоем, пока можешь, – фыркает Иоанна.
