– Когда я размышляю о жизни, мне кажется, что на важных, поворотных ее моментах всегда встречаются люди, которым суждено сыграть в ней определенную роль. Я не говорю о наполеонах, повлиявших на ход истории, а говорю о простых людях, которые повлияли на искусство, торговлю или мир идей. Такое ощущение, что сама жизнь нашла этих людей для того, чтобы они выполнили определенные задачи. С момента моего рождения только один раз было нужно, чтобы я находился в определенном месте в определенное время. Я говорю о том дне, когда твоя мама привела тебя в отель. И тот день я не променяю ни на что на свете.
Софья встала и поцеловала отца в щеку. Потом она села и, откинувшись на спинку стула, произнесла: «Известные в истории «троицы».
– Отлично! – воскликнул граф.
Свечи горели, они пили вино и вспоминали известные в истории троицы: Отца, Сына и Святого Духа; ад, чистилище и рай; три московских дорожных кольца; трех магов; трех мушкетеров; трех ведьм из «Макбета», три головы Цербера; чтение, правописание и арифметику; веру, надежду и любовь (в этой троице главной, конечно, была любовь).
– Прошлое, настоящее и будущее.
– Начало, середина, конец.
– Утро, день, вечер.
– Солнце, луна, звезды.
Они могли бы еще долго продолжать играть в эту игру, но граф наклонил голову, давая этим понять, что он проиграл, после того как Софья произнесла: «Андрей, Эмиль, Александр».
В десять часов они задули свечи, вернулись в спальню и услышали стук в дверь. Софья и граф посмотрели друг на друга с грустной улыбкой. Они знали, что час настал.
– Войдите! – громко произнес граф.
На пороге стояла Марина, одетая в плащ и шляпку.
– Простите, что так поздно.
– Отнюдь. Ты как раз вовремя.
Софья надела плащ, а граф взял ее чемодан и рюкзак. Втроем они спустились по служебной лестнице на четвертый этаж и дальше пошли вниз по главной лестнице отеля.
В тот день Софья уже попрощалась с Аркадием и Василием, которые тем не менее покинули свои рабочие места, чтобы еще раз пожелать ей удачи. После них подошли одетый во фрак Андрей и Эмиль в фартуке. Даже Аудриус на несколько минут оставил гостей бара «Шаляпин». Все собрались вокруг Софьи и желали ей успешной поездки.
– Ты будешь самой красивой девушкой в Париже, – сказал кто-то из присутствующих.
– Потом расскажешь, как прошел концерт.
– Возьмите ее чемодан.
– Да, поезд уже через час.
Марина вышла на улицу, чтобы взять такси, а Андрей, Эмиль, Аудриус, Василий и Аркадий отошли на несколько шагов, словно заранее договорились дать возможность графу спокойно попрощаться с дочерью. Они обнялись, и Софья вышла на улицу из дверей отеля «Метрополь».
Граф вернулся в свою спальню, осмотрелся и констатировал, что стало неожиданно тихо.
«Вот так выглядит пустое гнездо», – подумал он.
Он налил себе пару глотков бренди, сел за письменный стол великого князя и на маркированной логотипом отеля бумаге написал пять писем. Потом положил письма в ящик стола, надел пижаму, почистил зубы и, несмотря на то, что верхняя кровать устроенных им нар была свободна, лег на старое место внизу под мягким матрасом.
– Александр, – прошептал Осип, – я уже начисто забыл о том, насколько это интересный и захватывающий фильм…
– Тише, – прошептал граф в ответ. – Картина уже начинается…
Как читатель, возможно, помнит, граф и Осип стали встречаться раз в месяц начиная с 1930 года. Постепенно их встречи становились более редкими. Потом они начали встречаться раз в квартал, потом раз в полгода, а потом и совсем перестали видеться.
Почему? – спросит пытливый читатель.
