Перед самым бракосочетанием сбегает невеста. Хорошо это или плохо? Жениху некогда задуматься: сначала другая девушка решила занять место сбежавшей невесты, а потом и вовсе... произошли неординарные события...
Женщина в сущности тоже вино,
Пить хорошо, тяжело похмелье...
/Э Асадов /
Во Дворце бракосочетания сбились с ног: пропала невеста. Вот только что была и ее уже нет - испарилась.
Пока народ - гости, свои и чужие, и сотрудники Дворца - "сбивались" с ног, жених пропавшей невесты преспокойненько сидел на белом кожаном диване с независимым видом и покачивал ногой, обутой в элегантную туфлю сорок четвертого размера. Светло-светло-серый костюм возмущенно топорщился на груди жениха, выставляя напоказ красную сорочку и галстук-бабочку, тоже красную, но в миленький серый горох. Надо признать, одет жених был неординарно.
Покачивая левой ногой, коромыслом перекинутой на правую ногу, он страдал от шума и гама, что выражалось гримасой неудовольствия. Данная визуальная реакция могла относиться к картине, которая висела на противоположной стене. На картине были изображены две сплетенные руки - одна явно мужская, друга явно женская. Руки на картине располагались так, чтобы были заметны обручальные кольца. Налюбовавшись изображением, жених непроизвольно взглянул на свой безымянный палец, пока не окольцованный. Тут же последовала цепная реакция - жених вернулся в этот мир, в мир, где продолжалось людское броуновское движение.
Теперь взгляд жениха стал осмысленным, но беспокойство в глазах не отразилось, один азарт и ожидание чуда из чудес, как у зрителя на скачках, который сделал ставку на клячу.
Весьма странно, но на сидящего на белом кожаном диване жениха никто из бегунов на короткие дистанции внимания не обращал, как будто его здесь не и было.
Спустя некоторое время "открылись" глаза у дамочки в годах весьма аппетитной комплекции. Пролетая мимо вальяжно расположившегося жениха-зрителя, она рявкнула на него с такой силой звука, что перекрыла гудящее броуновское движение.
- Петя!
А что Петя? Нет чтобы вскочить, куда-то побежать - подключиться к броуновскому движению, так нет, он сомкнул колени и прилежно положил на них ладони. После прилежания посмотрел на аппетитную даму так, как смотрит проштрафившийся воспитанник детсада на строгую воспитательницу.
- Ах ты, Петя, Петя, - с укоризной заметила дама, немного убавив звук.
- Петя, Петя, - скривившись от неудовольствия, запричитал жених, сообразив, что грозовая туча почти ушла - бояться дамы ему не стоит. - Чуть что сразу Петя! Уж и подумать нельзя?!
- Он думает! - высказалась дама, вымешивая воздух указательным пальцем правой руки, словно погрозила всем, кто будет мешать ему думать.
- Тетя Даша, - хмуро обратился к даме жених, нервно расстегивая и вновь застегивая светло-светло-серый пиджак. - Я, вообще, не понимаю, с какой стати началась суматоха?
- Петя, ты дурак или прикидываешься? Твоя невеста пропала - объясняю тем, кто до сих пор не в теме! Особо бестолковым, - добавила она многозначительно, простреливая взглядом большую дырищу во лбу беспечного, но думающего жениха.
- С чего вы взяли, что она пропала? Вышла на минуточку, сейчас вернется, - высказался жених, озабоченно осматривая помещение и время от времени останавливая взгляд на входе во Дворец Бракосочетания. Во взгляде явно просматривалось напряжение, которое никак нельзя отнести к беспокойству по поводу пропажи другого главного действующего лица на данном официальном мероприятии.
- Когда вышла? Куда вышла? Когда вернется? - забросала молодого человека вопросами тетя Даша, от возмущения приплясывая на месте. От жениха она стояла в опасной для него близости, но не настолько близко, чтобы дотянуться и вытрясти признание. Тетя Даша считалась женщиной тихой и спокойной, нескорой на выяснение отношений, тем более, несклонной к рукоприкладству. Эти качества были хорошо известны племяннику Пете. Но еще он знал: если тетка повысила голос, если вышла из себя, жди беды - может и к рукоприкладству перейти, за ней не заржавеет.
- Мало ли куда, мало ли когда, - пробормотал жених с притворно-беспечным, тайно-напряженным видом, прижимаясь спиной к белоснежному дивану, тем самым увеличивая расстояние между ним и тетей Дашей.
Обратив свой взор на свободный от обручального кольца безымянный палец, Петр отвлекся и прозевал момент перемещения тетки к белоснежному дивану, на котором он восседал. Несмотря на привлекательную, без перебора, тучность, Дарья была легко-подвижной, как отфутболенный мяч. Подобравшись к племяннику, тетка не нашла ничего лучше, как оттянуть скрюченным пальцем галстук-бабочку в серый горох, красующуюся на его шее, после чего резко отпустить. Вернувшись на прежнее место, "бабочка" сильно щелкнула по кадыку. Жених поправил "бабочку" и слегка прокашлялся.
- А ты, как я понимаю, даже рад, что твоя невеста пропала, - прищурившись, произнесла тетка, нависнув над племянником. В голосе не были ни угроз, ни подозрений, лишь констатация факта.
- Послушайте, она сама сделала свой выбор. И этот выбор не в мою пользу.
