Пока давал показания следующий свидетель, Верити наблюдала за присяжными со своего места. Все они выглядели прилично одетыми, трезвыми на вид мужчинами, большинство среднего возраста, выходцы из мелкого дворянства и торговцы. В общем и целом, в Корнуолле мало кто обвинял Росса в том, что он сделал, или в чем его обвиняли. Кораблекрушения рассматривались как законная добыча, а таможенников презирали и ненавидели. Но Генри Булл слукавил в своем последнем выступлении, и в рядах собственников сейчас царил страх приближающегося шахтерского бунта.
Якобинские клубы, открывшиеся в Англии в поддержку французских революционеров, страшные события в Редрате прошлой осенью, повторяющиеся хлебные бунты, возрастающее недовольство, все эти события усиливали предчувствие надвигающейся беды. Люди копили по двадцать фунтов в год, строили сараи или покупали новые телеги на ферму с чувством неуверенности в будущем. Все это вызывало тревогу, и если мятеж, о котором говоря на суде, сойдет с рук без тяжкого наказания для главаря...
Капитан Кларк занял место свидетеля и описал происходившее на берегу той ночью, прямо как Данте описывал свой ад: пылают огромные костры, сотни пьяных мужчин и женщин скачут и дерутся, мулы нагружены добычей с корабля, так что аж шатаются, на бедных жертв кораблекрушения нападают, а он вместе с двумя другими мужчинами, обнажив саблю и нож, охраняет пассажиров, чтобы уберечь их не разорвали на куски.
Когда он закончил, в суде наступила непривычная тишина. Моряк очень ярко живописал сцену, и казалось, что присутствующие так и представили её себе, некоторые, похоже, поразились, что сельские жители способны зайти так далеко.
— Капитан Кларк, — в конце концов нарушил молчание Росс, — вы можете вспомнить, как я подошел к вам на берегу и предложил приютить вас и ваш экипаж на ночь в моем доме?
— Конечно, помню, сэр, — ответил Кларк, — это был первый акт милосердия, оказанный нам в ту ужасную ночь.
— Вы воспользовались им?
— Да, разумеется. Нас было девятнадцать, и все мы провели ночь в вашем доме.
— С вами хорошо обращались?
— Превосходно.
— А когда вы были на берегу, вы видели или слышали, чтобы я подстрекал кого-нибудь разгромить ваш корабль?
— Нет, сэр. Могу сказать, что везде было темно, кроме как вокруг костров, но я не видел вас, пока вы не подошли и не предложили нам кров.
— Благодарю вас, — Росс перегнулся и шепотом посоветовался с мистером Клаймером. — Капитан Кларк, вы видели, как я встречался с сержантом драгун?
— Да.
— Мы повздорили?
— Насколько я помню, вы предупредили его не спускаться на берег, и он услышал ваше предупреждение.
— Как вы думаете, я предупредил по-дружески, чтобы предотвратить кровопролитие, или...?
— Может, и так. Да. Думаю, так и было.
— Так мы не дрались?
— Нет, при мне — точно нет.
— Я сопроводил вас до дома?
— Да.
— Благодарю вас.
— Капитан, минутку, — заявил Генри Булл, подскочив, когда моряк уже собирался уходить, — как долго обвиняемый находился с вами, когда вы вошли в дом?
— Хм, около десяти минут.
— А когда вы его увидели в следующий раз?
— Часом позже.
— Когда вы видели драгун, были ли с ними таможенники?
— Нет, я не заметил.
— Значит, насколько вам известно, ничто не мешало обвиняемому сразу после вашего обустройства уйти из дома и вступить в стычку с солдатами?
— Нет, сэр.
— Благодарю вас, вызовите капитана Эфраима Тревейла.
Невысокий худой человек занял место свидетеля и заявил, что видел драку с таможенниками и солдатами, подтвердил, что именно Росс возглавлял нападавших, и опознал его как человека, сразившего Джона Коппарда. Насколько Росс знал, он никогда не видел этого человека раньше, но не мог повлиять на его показания. Мистер Джеффри Клаймер передал ему записку с просьбой не давить на враждебно настроенных свидетелей. Затем вызвали Илая Клеммоу, который рассказал ту же самую историю. Росс видел его больше трех лет назад. Он почувствовал, как внутри нарастает гнев.
— Где вы живете, Клеммоу? — спросил Росс, когда настала его очередь задавать вопросы.
Губы мужчины разжались, явив выступающие зубы. Они походили на скрываемые до поры клыки ядовитой гадюки. — В Труро.
— Как же вы оказались на пляже Хендрона во время кораблекрушения?
— Я там и не был. Я услышал о первом крушении и пошел посмотреть на забаву.
— Когда-то вы жили на моей земле, не так ли?
— Так.
— Но я выгнал вас, как вы помните, потому что вы являлись источником непрекращающегося беспокойства для своих соседей.
— Вы о том, что выгнали моего брата из его же дома ни за что, ни про что!
— Вы ненавидите меня за это, правда?
Илай осекся. — Нет-нет. Вовсе нет.
Мистер Клаймер передал Россу записку: «Можете вытрясти из него детали?».
— Скажите, Клеммоу, какой из кораблей потерпел крушение ближе к моему дому? — медленно спросил Росс.
Свидетель нервно облизнул губы, но ничего не ответил.
— Вы слышали вопрос?
— Было темно, когда я туда пришел.
— Какой из кораблей был больше?
— «Гордость Мадраса», — ответил он после долгой паузы.
— Сколько у него было мачт?
— Две или три.
— Откуда вы знаете?
— Мне сказали.
