– Надеюсь, йогурты любишь. Взял то, что не так быстро портится, учитывая, что твоя комната и есть холодильник.
– Спасибо… – скромно и тихо.
Барри перестал мельтешить и уселся на кровать, вручив Джесси йогурт и ложку.
– Пожалуйста, ешь. Завтра я займусь этими ужасными окнами.
– Если
– И пусть увидит. Теперь я твой лечащий врач. Никто ничего у тебя не отнимет. Хотя телефон лучше спрячь. Как прячешь свои вилки. Кстати, можно спросить?
– В матрасе. Я натаскал больше сотни. Кажется, им пришлось закупаться новыми, – Джесси задумался, вспоминая, так ли это.
– Я сохраню это в тайне. Значит, Посторонний – это и есть доктор Саннэрс? – Утвердительный кивок в ответ, так как ел йогурт. – А Невидящий – это ты? – Снова кивок. – Из-за цвета глаз?
– Да нет, просто я единственный, кого не водят на прогулки, и я не вижу внешнего мира.
– Серьёзно? Ввожу в твой распорядок прогулки с завтрашнего дня и нормальную горячую еду.
Джесси отложил в сторону стаканчик с ложкой.
– Барри, почему ты так добр ко мне? Может, я что-то должен тебе теперь?
– Я врач, и забота о людях – это мой долг. Я заинтересован в том, чтобы мои подопечные шли на поправку. Всё, что ты мне должен, – это хорошо питаться и настраиваться на то, что теперь всё изменится.
– Все бы врачи были такими… – Он немного согрелся и выпутался из одеяла.
Барри такой ответ расстроил. Неужели не осталось больше людей, кто на совесть выполняет свою работу?.. Он что, один такой?
– Могу я взглянуть на твои руки? – Когда ему была протянута рука, Барри закатал рукав и увидел багровые синяки, которые остались с прошлой среды, как он и думал. – Это он сделал? – Кивок. – Ублюдок. Мы должны его остановить.
– Ты не сможешь. Нельзя мешать ему делать то, что он делает. Тебе придётся участвовать в его работе. На него всё равно ничего нет. Но всё под контролем.
Хотелось о многом спросить. Но…
Барри остался с пациентом до утра. Он и под дулом пистолета теперь не рискнул бы пойти ночью по коридору! Оставалось дождаться, когда придёт Чарли на утренний обход, хватившись напарника.
Джесси уснул, согревшись впервые за долгое время. И Барри мог не бояться, что ему проткнут горло вилкой, – человек ему доверился. А может, и не доверился. Но в любом случае пошёл на контакт. Нужно было это уважать.
Он был болен, хоть и вменяем. И Барри предстояла долгая работа по выяснению проблем и их ликвидации.
Барри и сам уснул, прислонившись к спинке кровати.
А проснулся оттого, что дверь отпирали ключом. Джесси уже не спал и сидел, глядя на него.
– Привет! – Барри посмотрел на него, затем на часы, а затем на вошедшего и офигевшего Чарли.
– Я… стесняюсь спросить… Барри, ты чего здесь делаешь? Он же… – Взгляд Чарли зафиксировал факт, что пациент не был пристёгнут. И он тут же сделал шаг назад, ища на ощупь ручку двери. – Он взял тебя в заложники? Я позову на помощь…
– Спокойно, Чарли. Всё хорошо. Теперь в пределах этой комнаты мы все живём дружно.
– Дружно?! – Он зло закатал рукав, вновь демонстрируя швы. – Ты посмотри, что он сделал!
– Эй, Ричи, – заговорил Джесси, чем напугал и без того ошалевшего Чарли. Видимо, он давно не разговаривал при них, и тут на тебе… – Ну извини, я не специально. – И широко улыбнулся, что ещё больше напугало Чарли, и тот поспешил открыть дверь, стараясь не поворачиваться спиной.
– Да ну вас. Без меня, пожалуйста, – и быстро скрылся с глаз.
Барри посмеялся, а затем поднялся, собираясь отправиться работать, но Джесси ухватился за рукав его больничного халата, заставляя обратить на себя внимание.
– В чём дело? Хэй!
–
– Доктор Саннэрс? Но сегодня понедельник.
– Он придёт. И что бы ни происходило, ты не должен мешать ему. Не вмешивайся. Воспользуйся ситуацией и делай то, что планируешь. Не упусти шанс.
Было ясно, о чём Джесси. Но как он узнал?..
Кивнув в ответ, Барри покинул палату в смешанных чувствах.
В коридоре было тихо. Словно вчера ничего не произошло. Он планировал в ближайшее время наведаться на пятый этаж. Как-то чересчур удачно у него за кратчайший срок оказались ключи и шанс это осуществить. Но Джесси… Барри не хотел оставлять его одного на время «особого лечения». Возможно, его не так будет мучить совесть, сделай он то, что задумал.
Теряясь в мыслях, он забрёл к миссис Гравицки. Нора была весела и тихо смеялась над чем-то про себя.
– Что вас так развеселило? – Барри высыпал ей в ладонь таблетки, которые она немедленно приняла, запив водой из стакана.
– Вся эта ситуация – история об одной женщине! – Она снова посмеялась, продолжая вязать, не заметив, как Барри потерянно вышел в коридор.
Ему было не по себе. Он теперь точно знал, что каким-то образом больные общались между собой, при этом не видя друг друга и зная обо всём, что здесь происходит. Мимо него пробегали врачи, очевидно, готовясь к экспериментам в 406-й.
Барри ничего не слышал и не замечал, уйдя в мысли, пока его не остановил Патрик и не начал махать ладонью перед лицом.
– Э-э-эй! Что с тобой? Я зову, зову, а ты…
– А? Патрик… Привет.
– Потерянный какой-то. Что-то случилось?
