И в таком духе – как заведенные, полтора часа подряд.
«Эх, водочки бы с огурчиком да в баньку с шоферами, – томился промеж этих высокоумных прений Александр Евгеньевич, чувствуя себя последним идиотом и полным невеждой. – Взять, что ли, почитать на досуге этого Хайяма, чтобы иметь понятие, о чем вообще речь. Так некогда ведь. Начало года, новые проблемы, недавно открытый районный филиал чуть ли не ежедневно сюрпризы подбрасывает, хоть брось все и занимайся только им одним… Кстати – чем не повод, чтобы удрать из дома?!»
Бесшумно выскользнув из гостиной, хозяин дома быстро облачился в деловой наряд, прихватил для солидности кейс и, заглянув к дискутирующим, выпалил скороговоркой, предвосхищая неизбежный вопрос:
– Совсем забыл – надо ряд вопросов проработать по районному филиалу. Прокачусь в офис, поковыряюсь немного…
– Это что за внеплановый приступ трудового энтузиазма?! – подбоченилась было Ирина, но, угадав в глазах супруга отчаянную просьбу о помиловании, быстро поняла, в чем дело. Умница, все на лету схватывает! Золото, не жена, была бы чуток поглупее, цены бы ей не было…
– Ладно, езжай. Смотри там не перенапрягись… В офисе глава фирмы напрягаться не стал вовсе: за отсутствием секретарши исполнил сам себе пол-литровую кружку кофе, содрал галстук и, усевшись за служебный компьютер, битый час с азартом гонял «Half-life», яростно матерясь, когда его неловкого персонажа угрызали жвалами либо шибали разрядом вредоносные мутанты.
А через битый час в офис заявился Ибрагим. То ли просто так, от нечего делать, то ли почуял телепатическим путем дрянственность настроения хозяина – одним словом, приперся. Посидел рядышком несколько минут, скучающе глядя на экран монитора (компьютерная грамота для сына гор осталась непостижимой тайной – он считал преступлен кем тратить свое драгоценное время на такие ненужные шалости), красноречиво зевнул пару раз и предложил обычную программу. Выпить, закусить как следует, пообщаться накоротке и все такое прочее.
– Можно, – оживился Александр Евгеньевич, глянув на часы: если всего два-три часа посидеть да больше пятисот грамм не пить, а потом прогуляться по морозцу минут двадцать и «Ригли» пожевать – все будет в норме. Никаких побочных эффектов, за которые мог бы зацепиться взыскательный взгляд супруги. – Только надо будет куда-нибудь на окраину. Если попремся туда, куда обычно ходим, моментально Маме настучат – ваш, мол, культурно отдыхает. А я вроде поработать отпросился, так что…
– Обижаешь, дорогой! – взвился Ибрагим. – Какой кабак, э? Хорошее место есть! Там уже все есть. Совсем рядом, кстати. Поехали?
Поехали. Хорошим местом оказалась четырехкомнатная квартира в десяти минутах езды от головного офиса «Иры». Хозяин квартиры – один из многочисленных родственников ингуша, якобы отчалил по делам за бугор, а его попросил присмотреть за жилплощадью. Насчет «все есть» Ибрагим несколько преувеличил: накрытый стол в гостиной действительно место имел, но там были только разнообразные закуски и хорошая водка. Пока гость скидывал пальто, ингуш набрал номер, рявкнул в мобильник: «Давай!» – и жестом пригласил шефа располагаться.
– А-р-р-р! – довольно прорычал Александр Евгеньевич, с ходу усаживаясь за стол, даже не помыв рук и сразу подтягивая к себе грибы и квашеную капусту.
Едва успели метнуть по первой, как двое шустрых пацанов притащили из расположенного неподалеку кафе, хозяином которого являлся один из соплеменников Ибрагима, здоровенный поднос с шашлыками, люля и зеленью.
– Аммр-р-р-р! – оценил Александр Евгеньевич ингушскую оперативность, сбрасывая с себя пиджак и впиваясь крепкими зубами в исходящее соком молодое мясо, подбитое ароматным дымком. – Еще вчера гулял по пастбищам родной Назрани, да?
– Он в Химках гулял, – не понял юмора Ибрагим. – Что – нехороший?
– Хороший, хороший, – поспешил уверить Александр Евгеньевич. – Нам без разницы, где гулял – лишь бы вкусный был…
После третьей Ибрагиму позвонили. Коротко переговорив на родном наречии, он сокрушенно развел руками:
– Двоюродный племянник звонит. Студент, второй курс. Он тут недалеко с девушками гуляет, спрашивает – мы его обедом не покормим? Даже не знаю, что ему сказать…
– Сколько их там у него? – насторожился Александр Евгеньевич, оценивая взглядом знатока запас провианта на столе и около.
– Один-два, – доложил Ибрагим и, предвосхищая следующий вопрос, поспешно уточнил:
– Они все такие худые, ма-аленькие – много не едят…
– Да ну, какой разговор! – устыдился своих сомнений Александр Евгеньевич. – Зови давай, не помирать же молодежи – с голоду!
Едоков оказалось не два-три, а ровным счетом четверо: сам Адил с двумя бутылками вина и трое студенток-второкурсниц – симпатичные юные создания, румяные и свежие с морозца, до умиления простые и прожорливые. Опасаясь, что провианта все же не хватит, Ибрагим опять звякнул – велел, чтобы чуть попозже принесли еще.
