В течение последующих пяти минут выяснилось примерно следующее:
– Ирина будет дома в начале одиннадцатого. В промежутке между 20.00 и 21.00 два раза звонили какие-то люди, спрашивали Александра Евгеньевича. Один раз подошла мама – ответила, что Александр Евгеньевич отсутствует, второй трубку взяла сама Ирина, сказала, что муж на каком-то совещании, и, не задумываясь, выдала звонарям все, что она о них думает. Что за идиотская привычка беспокоить людей после окончания рабочего дня, да еще в гостях! Послала? Да, послала. Самым беспардонным образом. Это как-то повлияет надела фирмы? Никак? Ну, слава богу. А тогда какого черта ты сюда названиваешь, злополучный сын юриста? (Это Ирина придумала так называть Леву – после небезызвестного выступления господина Жириновского по TV.) Делать больше нечего, или случилось что? Ничего не случилось? Тогда пошел туда же, плешь кучерявая! Названивают тут всякие… – в том же временном промежутке – от 20.00 до 21.00, домой к господину Кочергину звонили аж четыре раза! Первый раз ответил автоговорун, второй и третий взяла трубку домохозяйка Валя, которая на момент первого позвонения пылесосила комнату Сергея, сына, и трели не слышала. Она сообщила, что дома никого нет, хозяйка у родителей, хозяин – не приехал с работы.
А незадолго до 21.00 вернулся из айкидошного клуба Сергей и перед запрыгиванием в ванну успел ответить на четвертый звонок – да, пап с мам отсутствуют, дома – я да Валя;
– а с гриппозным Назаряном в «Апэнддауне» приключилась скверная история. Точнее, не «в», а «возле» – на крылечке, у входа. И теперь-то понятно уж, что она не сама по себе приключилась, а приключили ее нехорошие люди. Но как бы там ни было, факт налицо: у входа толстяк поссорился с какими-то тремя эльканацами (метрдотель, которому звонил Лева, как и большинство москвичей, слабо разбирается в категориальном делении сынов гор и потому не понял, кто это такие были, но ясно одно – ЛКН – лица кавказской национальности) и учинил жуткий скандал с биением и царапанием лиц этих самых лиц. Кто виноват – непонятно. Инцидентище произошел при большом стечении публики, замять скандал не удалось – да и нечасто такое случается в нашем славном заведении… в общем, всех дебоширов увезли в отделение – разбираться. Нет-нет, господин Назарян – уважаемый человек, потому в «клоповнике» его не повезли, поехал на своей машине, а к нему сел милицейский старлей. И еще господин Назарян просил позвонить на мобильник Александру Евгеньевичу и предупредить о случившемся. Звонили, никто не отвечал. Во сколько случилось? Да где-то без пятнадцати восемь – как раз в это время г-н Назарян и приблизился к «Апэнддауну»:..
– Звонили? – уточнил Лева.
– Может, и звонили, – пожал плечами Александр Евгеньевич. – Я, как приехали, отключил телефон. Чтобы не беспокоили…
– Комментарии нужны? – поинтересовался Лева.
– Попался бы мне кто из этих козлов, – процедил сквозь зубы Александр Евгеньевич, крепко сжимая кулачищи. – Ух-х, я бы им устроил! Комментарии… Все ясно, чего уж там…
Долго молчали. Набедокуривший ловелас сидел в кресле, низко опустив голову, и сосредоточенно грыз ногти. Лева, чтобы даром время не терять, включил компьютер, сверился по списку и вывел на печать недостающие бланки документов, которые предстояло подписать Александру Евгеньевичу. Лазерный принтер быстренько выплюнул все, что от него требовалось. Лева положил пачку бумаг на стол и принялся с нетерпением поглядывать на часы – ждал, когда шеф соберется с духом для принятия непростого решения. Что там тюрьма и разорение – мужик здоровый, могучий, башковитый, выживет везде… Ирина! Вот самое страшное испытание. «Сын юриста» прекрасно понимал друга и горячо ему сочувствовал, но, будучи не в силах повлиять на течение событий, хотел сейчас только одного – чтобы неизбежное произошло как можно скорее.
– Раньше сядешь – раньше выйдешь, – мягко сказал Лева, устав выдерживать паузу. – Точнее – ожидание смерти хуже самой смерти. Ты же мужик в конце концов!
– Может, за бугор рвануть? – севшим голосом прошептал Александр Евгеньевич. – Деньги есть… Когда они меня искать начнут?
– Документы у нее были с собой?
– Были. Пока она руки мыла, я сумочку бегло просмотрел. Проверял – вдруг там что-нибудь такое… клофелин, наркота – ну, мало ли…
– Значит, уже ищут. Позвонят в общагу, там ответят, что укатила с каким-то мужчиной. Туда быстренько подскочат опера и через десять минут с момента прибытия выйдут на Адила. Если не раньше – вахтерша сразу может сказать, будучи не озадачена на предмет хранения тайны. А Адил, поломавшись минут пять, сдаст тебя с потрохами.
– Может, законтачить с кем-нибудь из авторитетов? – не торопился сдаваться Александр Евгеньевич. – Попросить бригаду «бойцов», чтобы Адила на время изъяли из оборота… Или не на время, а… совсем. А? Уж коли такая война пошла, тут не до выбора средств…
