Эта печать, такие видные публицисты, как Уильям Бакли и Л. Брент Боззел, писавший за Маккарти речи последнего, — рупор взглядов Барри Голдуотера: долой ООН, долой разоружение, долой прекращение ядерных испытаний, долой мирное сосуществование народов, долой социализм, да здравствует политика с позиции ядерной силы! Ужасы термояда — выдумка Москвы!
— Вы, наверное, видели где-нибудь последний плакат Американской национальной партии? — спросил Мерчэнт Лота. — Если нет, то взгляните на его фотографию.
С этими словами он достал из туго набитого бумажника небольшую фотографию, на которой Лот прочитал:
МЫ ХОТИМ ВОЙНЫ
КРАСНАЯ РОССИЯ ДОЛЖНА ПОГИБНУТЬ!
Чтобы остаться свободной, Америка должна атаковать и уничтожить нервный центр коммунистического заговора, пока у нас еще имеются силы, чтобы добиться победы!
Давайте похороним их, прежде чем они похоронят нас!
МЫ ТРЕБУЕМ ПРЕКРАЩЕНИЯ ВСЯКИХ РАЗГОВОРОВ О МИРНОМ СОСУЩЕСТВОВАНИИ! МЫ ТРЕБУЕМ НЕМЕДЛЕННОГО ОБЪЯВЛЕНИЯ ВОЙНЫ ПРОТИВ СОВЕТСКОГО СОЮЗА!
Коммунизм должен погибнуть! Лучше быть мертвым, чем красным!
АМЕРИКАНСКАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ ПАРТИЯ
Почтовый ящик 191. Грэйси-Стэйшн, Нью-Йорк. 28, Н. Й.
Слева Лот увидел рисунок: мускулистый дядя Сэм бросает в вырытую могилу тщедушного человечка с надписью: «СССР».
— Немного грубовато, — заметил мистер Мерчэнт, пряча обратно фотографию, — но точно.
— Что точно, то точно, — глубокомысленно изрек Чарльз Врангель, заканчивая десерт.
— Все это очень мило, джентльмены, — вздохнув, пригубив стакан с шерри, мягко проговорил Лот. — Как гласит русская пословица, вашими бы устами да мед пить. И еще одна есть: у палки два конца. Неужели вы всерьез думаете нарушить атомный пат и развязать ядерную войну, опрокинуть всю эту доску с фигурами?
— Только в самом крайнем случае, мистер Лот, — усмехнулся Мерчэнт, — чтобы не дать русским одним остаться на этой бренной доске. Нет, хотя мистер Врангель и считает, что ради возвращения его русских имений можно рискнуть и пожертвовать полусотней миллионов американцев, я придерживаюсь других взглядов. Так же, как и основное руководство «Паутины». Одну минуту!
Он достал из кармана портативный, похожий на транзисторный радиоприемник аппарат, поставил его на стол, включил.
— Так и есть! — сказал он, глядя на один из приборов аппарата. — Магнитная проверка показывает, что нас, конечно, подслушивают. — Он нажал одну из кнопок аппарата. — Теперь я включил «глушилку», и наши друзья в Лэнгли, увы, не услышат самое интересное в нашей беседе. Новинка — большие умельцы эти японцы.
Он закурил гаванскую сигару, отщипнув ее кончик специальными ножницами.
— Не сомневаюсь, мистер Лот, что вы слышали о минитменах?
— О чудаках, готовящихся к партизанской войне против русских оккупантов?
— Это хорошо, мистер Лот, что многие наши соотечественники, в особенности либералы и интеллигенты, считают их чудаками, хотя я тоже не заблуждаюсь относительно их способности противостоять современной оккупационной армии. Однако вы, мистер Лот, их явно недооцениваете. Чарли! Расскажите-ка, пожалуйста, нашему другу подробнее о минитменах!
— Разрешите мне сначала доложить о поездке к великому князю Владимиру, — сказал, приосанясь, бывший барон, — поскольку это главное дело моей жизни. — Заметив нетерпеливый кивок Мерчэнта, он продолжал, ускоряя темп рассказа почти до скороговорки: — Итак, по заданию мистера Мерчэнта, а также российских монархистов в Америке я ездил в Мадрид, где имел честь встретиться с великим князем на его прелестной вилле.
Голос старого монархиста задрожал от верноподданнического восторга. Лот в недоумении перевел взгляд с него на Мерчэнта.
— Ближе к делу, Чарли! — скомандовал Мерчэнт. — Нас интересуют минитмены.
— Подготовка боевых партизанских или антипартизанских групп и отрядов, — деловито начал Чарльз Врангель, — идет полным ходом по программе рэйнджеров под негласным руководством единого центра, подчиненного верховному штабу североамериканского отделения «Паутины». На сегодняшний день обучение проходят тридцать тысяч человек. Особых успехов добились следующие формирования: «Солдаты Креста» под командованием преподобного Кеннета Гоффа…
— Тот самый, что был до войны здесь югендфюрером в нацистской организации Джералда Смита? — осведомился Лот.
— Да, это наш старый, испытанный товарищ, — отвечал Врангель. — Он был на прекрасном счету на Принц-Альбрехтштрассе.
Лоту не надо было объяснять, что на этой улице в центре Берлина помещалось управление РСХА — ведомство Гиммлера.
— Отличились также Национальная гвардейская элита в Ардсли, Пенсильвания, Национальный стрелковый союз в Чикаго, минитмены США в Новом Орлеане, западные минитмены в Спокане, штат Вашингтон, Лояльный орден горцев в Сан-Диего…
— Не так подробно, Чарли! — поморщившись, перебил Врангеля Мерчэнт.
