встречала его тут? – Она кивнула. – Вот, он для нас очень важен, к полевой жизни не привык, надо
бы ему одиночество скрасить. Пусть одна их твоих девочек его приласкает, хорошо?
-Без проблем котик.
-Да, видела тех ушлёпков, что приехали перед вами? – Девушка кивнула. – Эти люди пока для
нас чужие. Понимаешь о чём речь?
-Понимаю. Девочкам передам. С ними мы не работаем.
-Вот-вот. Будут доставать, скажи мне, и дядя Велес их накажет.
-Обязательно котик. Ну, я побежала? – Она ткнулась губами в его щёку и упорхнула
знакомиться с новым командиром.
-Эх…, котик. – Прошептал Велес, глядя вслед обворожительной девушке. Почему-то отчаянно
захотелось помурлыкать…, тряхнув головой, он обратил внимание на, во множестве сидевших тут
людей и нагло набивающих брюхо дорогостоящей едой. Совсем погрязли в безделье и лени!
Едва очень наглый и очень шустрый юнец вышел прочь, дядя Паша грустно вздохнул и,
шаркая подошвами, пошёл обратно к своему не доеденному завтраку. Кряхтя сел. Уныло
103
посмотрел на банку, поковырял пластиковой вилкой её содержимое, снова тяжко вздохнул. Есть
расхотелось абсолютно. Буркнув неприличное проклятье, дядя Паша взял банку в руки и, поднеся
её к глазам, прищурился. Шевеля губами, прочёл на красочной этикетке: «изготовлено в
Хабаровске, ул. Ульянова 22». Аккуратно поставил банку на пол. С минуту мрачно смотрел на неё,
а потом криво ухмыльнулся.
-Вот ведь сучонок… - Пробормотал дядя Паша и вновь вздохнув, принялся за еду.
Оставшиеся грузы на базу перекочевали только к позднему вечеру. Как выяснилось один из
контейнеров, наполовину был заполнен…, старым битым кирпичом. Едва стаскали весь кирпич на
первый этаж (там же обнаружились мешки с цементом и песком, так что кирпич был только
началом), оказалось, что второй контейнер полон разобранной мебели. Настоящей, из дерева и
металла. Вес у некоторых деталей был таким, что не успели разгрузить и половины, как из рук
одного юноши вырвался край непонятной детали, непонятно отчего. Деталь упала вниз - левая
нога парня сломалась как спичка. Лечение было простым и не шибко нежным. Удар в челюсть,
вместо анестезии и отправка вниз к Лизе. Кость ему собрали, мышцы, тоже, и вроде правильно.
Залили рану препаратом из аптечки, вкололи пару ампул оттуда же. Увы, парень оказался слабоват.
Утром он не смог проснуться - к сожалению, он умер задолго до его наступления.
В то же самое утро не смогли разбудить и одну из девушек, прибывших с последней партией.
Отчего она умерла в эту ночь, никто так и не понял, да и не интересовало это никого. Их
похоронили в одной могиле, в низине за руинами, рядом с Фредом. Имён этих двоих никто не
знал, так что Роман, который, как-то вдруг стал ответственным за кладбище, воткнул в основание
этой могилки, деревянный крест с короткой надписью: 2. Кресты он сбивал из обломков
деревянных ящиков. И что-то подсказывало ему, что надо заготовить их впрок. Хоронили глубоко,
на два метра и землю утрамбовывали поплотнее, вполне обоснованно опасаясь, как бы почившие
не вернулись однажды обратно на базу.
Разгружали так долго, не только из-за усталости и слишком большого объёма грузов. В этот
день в разгрузке не принимали участия более половины людей Лизы. Они были целиком
поглощены монтажом новых ворот. Иногда им приходилось помогать, отвлекая ещё больше людей
от разгрузки, но зато к сумеркам, у базы появились новые ворота, которые можно было закрыть. С
этого момента жить стало поспокойнее. И всё же мутанты на базу проникли. Когда – непонятно, а
вот как - вполне. Слишком долго вход был открыт, а нижние этажи пустовали.
На вторую ночь, после того, как весь груз, включая распиленные на куски стенки контейнеров,
был перенесён в подземелья, обитателей базы разбудил истошный вопль. Свет включать никто не
бросился – тут он вообще пока никак не выключался. Единственно, можно было, отсоединив от
генератора нужные кабели, полностью обесточить один из четырёх уровней.
Источник вопля, быстро стихшего, нашли легко – в главном зале второго уровня. Там, на полу,
используя и ящики, и собственный нехитрый скарб, спали почти все новобранцы. Сейчас они
проснулись и испуганно жались друг к другу. Там, в лужах крови, вывалив на пол внутренности,
лежали два скрюченных тела. Третий лежал в стороне и был ещё жив. Ему распороло живот, но не
слишком глубоко. Он вполне мог бы выжить, если бы напавший на него зверь не был мутантом
Зоны. Края раны парня покрылись чернотой и источали тухлую вонь. Когда его нашли, человек
был без сознания и умер, так в него и не придя.
Стоявшие на часах Койот и Сапфир, на все вопросы твердили, что никого они не слышали, не
видели. И вовсе они не спали и всю ночь торчали возле этой треклятой шахты! Впрочем, босс
долго их не пытал, погибшие не значились в его списке ценностей, как нечто важное. Шёл отсев,
немногие из них его пройдут – только самые сильные, самые везучие.
