— Достаточно простой выход. Ты отпускаешь меня, и я увожу с собой лампу в один из других миров. Там я ее где-нибудь спрячу. Даже если ее с течением времени кто-то и найдет, то это не принесет тебе ни малейшего вреда.
— Неужели я произвожу впечатление такого уж глупца? — спросил Аббас. — Ты знаешь слишком много. Тебе осталось только загадать одно желание, и ты узнаешь исключения из правил. После этого ты можешь использовать оставшиеся два желания по своему усмотрению. А что, если одно из них будет касаться моей особы?
— Я не сделаю этого, — сказал крысиный король.
— И ты думаешь, я тебе поверю?
— Поверишь. У тебя нет другого выхода. Пойми, я тебе уже говорил и еще раз повторяю, что состязаться в хитроумии с джиннами хватает глупости только у людей. Я — не человек, и на такой риск я не пойду.
— Даже после того, как я, с твоей помощью сумел у него выиграть?
— Это не выигрыш. Это всего лишь ничья. Выиграть у джинна невозможно.
— А как же исключения из правил?
— Наверное, мне было бы интересно их узнать, — признался крысиный король. — Но только, не ценой состязания с джинном в хитроумии. Нет, на такой риск я не пойду. И ты можешь мне не верить, но тогда тебе придется самому решать проблему лампы.
Аббас окинул его испытующим взглядом, а потом сказал:
— Ладно, пусть будет так. Тебе вернут все твое имущество, песчаную рыбу, а также достаточные запасы воды и пищи. Более того, мои воины проводят тебя до ближайшей караванной дороги и будут сопровождать тебя до границ сиреневой пустыни. Удовлетворен?
— Почти, — сказал крысиный король.
— Не знаю почему, но почему-то я тебе верю, — сказал Аббас. — Кстати, сопровождающие тебя стражники не должны знать, что лампа находится у тебя.
— Зачем мне об этом им говорить? Неужели я произвожу впечатление безумца?
— Хорошо, — кивнул Аббас. — В таком случае, может быть, ты вернешь мне саблю? Если мои воины увидят ее у тебя, они могут что-то заподозрить.
— Ты прав. Вот, держи.
Сунув саблю в ножны, Аббас встал и стряхнув со своего богатого одеяния песок, сказал:
— Все-таки, кое-что от этого приключения с лампой я выиграл.
— Хаддас, — промолвил крысиный король.
— Он самый. Как только задуют холодные ветры, а песчаные духи удалятся в подземные, заброшенные города, я обрушу свои войска на его владения. Думаю, эта война будет достаточно интересной.
— Что ж, — сказал крысиный король. — Это меня уже не касается.
— Вот именно. Кстати, что ты имел в виду, когда сказал, что почти удовлетворен?
— Ты поступил очень разумно, когда решил вернуть мне имущество и разрешил уехать. Однако, если ты еще выдашь мне некоторую сумму золотом, это позволит мне увезти лампу дальше. Тебе не кажется, что ты в этом заинтересован?
Песчаная рыба хрустела песком и ритмично работала плавниками.
У джинна слегка болела голова.
Он не любил тряски, неизбежно возникающей при всяческих переездах. Впрочем, еще меньше он любил, когда его лампа веками лежала в какой-нибудь сокровищнице или просто, например, в расщелине скалы.
Кроме тряски, он не любил также ждать, хотя все свое время занимался только именно этим.
Впрочем, возможно, скоро, его долгому ожиданию придет конец. На крысиного короля у джинна надежды было мало. Все-таки, тот и в самом деле не был человеком. И значит, в старую как мир ловушку трех желаний он не попадется.
Но все же... кто знает? Вдруг крысиный король все-таки соблазнится? Уж больно условия для этого идеальные.
Загадать всего лишь одно желание... А что, если он все-таки решится? И если такое случится, то хватит ли у крысиного короля ума, узнав исключения из правил, сообразить, что из исключений могут быть свои исключения?
Если этого не произойдет, то один джинн, достаточно сильно уставший сидеть в лампе, получит свободу.
Но нет, такого не может быть, и значит, надо ждать и ждать. Рано или поздно ожидание кончится.
А все-таки... крысиный король слишком много общается с людьми. Кто знает, может быть он, хотя бы в небольшой степени, заразился их безумием, хотя бы немного стал на них похожим?
