Он ведет Майки вдоль стойки и становится к нему вплотную. Майки слышит свежий запах чеснока у него изо рта. Больной всегда хорошо питался. Видать, «Валвона и Кролла», гадает он, или, возможно, домашняя еда его матери и сестры.
– У меня к тебе малое предложение. Может принести навар.
– У миня все в поряде, – настороженно говорит Майки.
– Можешь не заливать, Майки, – реагирует Больной, быстро добавляя: – Не мине кого-то осуждать. Чё греха таить, мы все очканули перед Саймом, не без основания, конечно, но к нашему вечному стыду.
Майки собирается возразить, но не произносит ни слова.
Больной продолжает:
– Главное, чё он от нас отвял. Я знаю, как сохранить твои малые делишки от ниво в тайне и сделать так, чёбы он остался тибе благодарен.
– Мы ж партнеры! – рявкает Майки, сжимая кулаки и заметно переигрывая.
– Спокойно, кор, – шепчет Больной, заставляя его понизить голос.
Может, зря они встретились в этом месте, думает Больной. Как ни крути, маловато заведений, подходящих для стрелок гопников-стукачей, помимо привокзальных пивняков, и жирный полуханур в спортивном костюме и с бритой головой, кажется, заинтересовался разговором. Майки признает свою дурость отрывистым кивком и подается к Больному поближе.
Саймон Дэвид Уильямсон знает, что никогда нельзя выбивать у человека костыль, пока не предложишь ему замену получше.
– Смотри сам, но мое предложение может быть очень выгодным. Ясное дело, все это по секрету. Ты слушаешь или мне уйти?
Быстро окинув взглядом бар, Майки Форрестер отпивает своей водки с тоником и кивает.
– Можно спросить: кого боится Сайм?
Больной поднимает брови. Он знает, как зацепить Майки: поставить его в центре захватывающей драмы. Обратившись к нему за этим стратегическим советом, Больной намекнул на высокое положение Майки в уголовном мире города. Судя по тому, как расширяются зрачки Майки Форрестера и как вращается его шея, Больной нажал на нужную кнопку.
Майки не повышает голоса:
– Никово. Жирного Тайрона ж больше нету. Нелли против ниво не попрет. Дойлы тож. Они ж как раз поделили империйку Тайрона меж собою. Молодая бригада пока не готовая, с тех пор как Антона Миллера грохнули.
Больной сохранил лишь элементарные сведения о криминальной среде Эдинбурга, а из лондонской уже выпутался. По большому счету бандитов он недолюбливает. Его интересуют лишь женщины, и ему трудно даже бегло и недолго общаться с большинством других мужчин. Ну а те, кого больше интересуют перестановки в иерархии власти, а не сладкая романтическая мелодия, нагоняют на него скуку смертную, хоть он дипломатично и не выказывает своего презрения.
– Я-то думал об одном литском психопате, которого мы оба хорошо знаем.
– Бегби? – Форрестер смеется, после чего снова понижает голос: – Он же в Америке, хуйдожником заделался, от этой жизни отошел. К тому ж, – он озирается и замечает, что щекастый скинхед уже допил и свалил, – они с Саймом, видать, кентуются, по-пацански, как и завсида.
– Сайм с Уэст-сайда, а Бегби всегда был литским и городским, тусовался с Тайроном, Нелли, Донни Лейнгом, всей этой кодлой. Разные группировки. Сайм выступал по шмарам – Тайрон никогда в натуре не был по этим делам. Он всегда был по кредитам, рэкету, вымогательству, – объясняет Саймон, а сам думает: «Это явная херня. Шизики всегда друг друга знают и обычно объединяются против терпил, за чей счет живут».
Но эта телега вполне убеждает Майки, и он заговорщицки кивает.
– Бегби вернулся в Эдинбург на аукцион этот и выставку своих работ, – сообщает Больной, а потом закидывает удочку: – Вы же с Рентоном никада в натуре закадычными корешами не были, так же?
В прошлом Майки Форрестер не ладил с Марком Рентоном. Причина была довольно банальная. Майки долго любил женщину, которая раскручивала его на бесплатную наркоту и с которой у Рентона впоследствии вышла бессмысленная случка. Майки это было как серпом по яйцам, и он годы спустя продолжал точить зуб. С возрастом к нему пришло понимание, и теперь он не держал на Рентона никакого зла за тот случай. Наоборот, его слегка мучила совесть, что он придавал столько значения своей теперь уже мелочной обиде.
– В Берлине он нам помог.
– Но от этого вы же не стали не разлей вода.
Майки потерянно смотрит на Больного. Нельзя взять назад слова, которые твердил годами. От этого выглядишь еще слабее, чем когда впервые их брякнул.
– Он ебаный стукач и тырит у своих же.
Больной зовет официанта и на этот раз заказывает себе водку с тоником, как и Майки.
– А если я тебе скажу, что знаю, как нагнуть Рентона и завоевать расположение Бегби? – мурлычет он. – До такой степени, что ты добьешься большего уважения у Сайма и снова будешь в шоколаде. Займешь свое место и станешь настоящим полноправным партнером. Что скажешь?
Майки жадно слушает. Конечно, он никогда не станет полноправным партнером Сайма, но Больной знает, что амбиции Майки всегда будут упрямо допускать такую возможность.
– И чё ты предлагаешь?
