– Добрый день, – произнес ожидающий глубоким басом.
– Ух ты… – заворожено произнесла Аня.
Человек был ростом почти под два метра. Широченная грудь под серым костюмом, огромные руки, шея толщиной с голову. Закрученные залихватскими кольцами черные усы.
Незнакомец молча потянулся рукой за пазуху. Руслан успел подумать, что такой громила под мышкой может держать не то, что пистолет, а и целый пулемет.
– Это я, – несколько застенчиво улыбнулся громила, превратившись в обычного, просто очень большого человека, не злого и не опасного.
"Надо будет, кстати, – подумал Руслан, – заказать себе визитки. Когда нет документов – хоть какое-то свидетельство моей благонадежности…"
– Лазаревич Руслан Аркадьевич. Моя жена – Юлия Лазаревич. Моя дочь Анна.
– Прошу прощения, я видимо несколько напугал вас…
– Ну что вы.
– …мой знакомый, вы его знаете, Владимир Андреевич, хотел пригласить вас к себе в гости этим вечером.
– Меня с семьей? – удивился Руслан.
– Нет, дело в том, что мы – он, я, Громов, Гессе – обычно играем в карты. Но господин Гессе захворал. У нас нет четвертого. Вот я с Владимиром Андреевичем и Андреем Валерьевичем решили пригласить на вечер вас. Человек вы новый, интересный, с вами есть о чем поговорить. Каким будет ваш ответ?
– Нет…
– Нет, пожалуй, я соглашусь.
– Тогда, – улыбнулся Ратников, – сегодня, в восемь вечера. Вас устроит?
– Вполне.
Ратников улыбнулся, погладил по голове съежившуюся Аню, и зашагал к выходу. Доски пола прогибались.
– Ну и что это значит? – Юля уперла руки в боки, когда они вошли в номер, – Что это еще за вечерние посиделки? Карты, водочка, девочки в ассортименте?
– Юля, не сходи с ума, – Руслан пихнул под кровать сумку со старой одеждой. С грохотом упал на бок домкрат, – Какие девочки, чисто мужская компания.
– Нет, Руслан, если серьезно – зачем тебе идти туда?
– Во-первых, – Лазаревич сел на стул и вытащил из сумки банку с пивом, – если мы будет дичиться людей, нас сочтут подозрительными. Во-вторых, нужно начинать узнавать больше о здешнем времени, для чего опять-таки нужно больше общаться. Самое лучшее общение – либо за пивом, либо за картами.
– Папа, – Аня плюхнулась на кровать и заболтала ногами. Потом вспомнила, что одежда ей не нравится и надулась, – А что это был за дядька?
– Павел Юрьевич Ратников. Кузнец.
– А почему он такой большой?
– Ну… – Руслан развел руками, – Кузнец.
– А почему у него нет бороды? У кузнецов всегда борода.
– Наверное, чтобы от всех других отличаться. Тут, по-моему, у всех бороды.
Руслан потер подбородок, уже заросший щетиной. Еще короткой, но уже неприятной. Что здесь за мода – бороды носить? И ведь придется, чтобы в глаза не бросаться. Мало им УАЗа.
– Ты лучше ответь мне, герой-картежник, на какие шиши ты играть будешь, если соберетесь?
Юля попыталась отобрать пиво у Руслана, потом махнула рукой и достала себе другую банку.
– У нас, если ты забыл, дорогой муж, ровно три рубля сорок пять копеек. Не пошикуешь.
– Так я и не шиковать иду. Сомневаюсь, что Владимир Андреевич – держатель подпольного казино с миллионными оборотами. По копеечке, по копеечке…
– По копеечке можно так проиграться. Вспомни свою общагу…
Ну да, был период, когда в общежитие пединститута все сошли с ума по преферансу. Играли днями, ночами, в комнатах, на парах… Закончилось, когда парень, проигравший две тысячи рублей – огромные деньги для студента середины девяностых – перерезал себе вены бритвой… О! Бритва!
– Юля, где моя бритва?
– Решил сразу, чтоб не мучиться? – Юля тоже знала про тот случай.
– Нет. Побреюсь – и в альпинисты. Аня, где твой топик?
– Если ты решил грабить банк с бритвой наперевес, то возьми лучше мои колготки.
Руслан порылся в сумке, достал и развинтил свой бритвенный станок, извлек лезвие. Поймал брошенный дочкой топик и примерился бритвой к нашитым стразам.
– Будем брать ювелира.
– Кхм, господин Лазаревич, – старик-ювелир склонился над блестящим стразом, посмотрел на него в лупу, – Значит, вы утверждаете, что это – настоящий камушек?
– Господь с вами. Имитация.
– И-ми-та-ци-я…
