Я уставился в пол. В глазах защипало, и как будто перехватило горло. Вдруг снова вспомнился тот день, когда я в школе болел корью и вдруг получил письмо из дома. Только на этот раз мне не было грустно – совсем напротив.
А когда я поднял глаза, Дживс уже исчез. За стеной раздался характерный звук пробки, умело извлекаемой из бутылки шампанского.
Я собрался с мыслями и встал. Из-за открытого окна донеслись отчаянные автомобильные гудки.
Дживс внес на подносе бутылку и стаканы.
– Кажется, сэр, приехала мисс Мидоус.
Направляясь к двери, я сказал:
– Дживс, насчет бакенбардов… Если вы настаиваете…
– Вам решать, сэр. Для меня было бы непозволительной вольностью высказывать пожелания касательно вашего внешнего облика.
Я выглянул в окно. Джорджиана в машине с открытым верхом пыталась припарковаться, к ужасу и восторгу прохожих.
Она посмотрела вверх, и наши взгляды встретились. Внезапная улыбка осветила ее лицо. Джорджиана замахала мне. Сердце у меня в груди колотилось так сильно, что я испугался, как бы не отлетели пуговицы на рубашке.
