Так начался долгий, трудный, но в чем-то приятный процесс, в течение которого мы из помеси феи с демоном секса делали человека. Относительно, конечно, но, тем не менее, получалось что получалось. Подопытная обучалась быстро, почти моментально, лишь получая исходные установки, но наше общение проходило при постоянных, ни на секунду не прерывающихся попытках провернуть свои суккубьи дела, что несло мне много стресса.
Приходилось прерываться, писать манадрим, подключать его к колбам с легионом других суккубок, а затем, мученически выдохнув, уже нырять сознанием к ним, сразу к куче. Тут следовало нехилое выжимание энергии из меня любимого, зато шла оптовая «зарядка» демонофей и прививание им любимого принципа дедушки Ленина: «Учиться, учиться и еще раз учиться!»
Тем временем солнышко грело, травка зеленела, послышали робкие первые проклятия крестьян, направленные на новые указы светлейшего графа, потому как на Побережье Ленивых Баронов ленивыми были не только владельцы земель. Тем не менее, домен нуждался в сделке с карлами, те уже посверкивали маленькими и жадными очами на всех подряд, требовательно звеня золотом, так что дело шло, ширилось и множилось, прямо как заросли эльфийской полыни в соседнем лесу.
Тем временем (ну, когда я отдыхал и набирался сил перед очередной обучающей сессией), новости шли одна за другой. Мои аферы с Пазантразом и с Великой Обсерваторией увенчались успехом. Шесть кланов гремлинов получили как полное право владеть мегабашней, так и определенные дотации на его содержание, с условием предоставления свободного доступа любым волшебникам. Мне, как Мастеру Гремлинов, поручалось следить за заключенным договором, то было делать невероятно легко. Пазантраз же тоже ожил — гоблины, очень ценящие волшебников, прекрасно понимали, что блага, полученные ими в моей башне, конечны, а вот чудеса от пяти колдунов, находящихся прямо у них, под землей, будут совершенно другим вопросом. Они без лишних нервов приняли над собой власть бывших пиратов, зажив полноценной жизнью.
…и оттуда уже потёк немалый ручеек довольно качественной, хоть и специфичной, выпивки, обещающий перерасти в полноводную речку.
Благодаря Мойре и Освальду, всё пытающимся выбиться из числа пошлых самогонщиков и стать элитными крафтерскими дуреварами, получилось состыковать их хотелки с возможностями Наталис, что породило несколько рецептов отменной бурды, по которой некоторые дамы Дестады тащились как кошки по валерьянке. Как потом по секрету рассказала мне сама Эпплблум — само пойло им не нравилось, но оно так великолепно маскировало противозачаточное, что иметь с ним изящную фляжечку стало признаком хорошего тона и очень изысканного вкуса.
Отдельной строкой шёл Аграгим Соурбруд, который оказался настолько неправильным карлом, что почти поселился в гостях у барона Бруствуда. Бородатый убийца спиртного сопел, кряхтел, пердел и жрал как не в себя, но зато всё остальное время работал, починяя соседу примусы, замковые стены, кровати… ну, в общем, всё. На него чуть ли не молились, особенно когда карл завел моду каждую неделю мыться. Если бы он периодически не прокрадывался к башне, пугая своим голосищем Кума и двух мелких гоблинят, то был бы вообще золотом, но эта гора косматого халяволюбия знала, что у меня выпивка крепче и лучше…
Наконец, настал этот день. Старина Джо, сияющий, гордый и довольный, восстал над своим убежищем для персональной суккубы, воздел руки и заорал:
— Оно живое! Живое!!!
Эксперимент увенчался полным, слепящим, абсолютным успехом! «Суккуба в ящике» оказалась именно тем, чем я и планировал! Слабым, сообразительным, гибко приспосабливающимся, великолепно адаптирующимся демоном, лишенным малейших возможностей нанести вред душе и здоровью! К тому же, они инстинктивно понимали собственную слабость и то, что их «тюрьма» — на самом деле неприступная крепость для любых хищников, что могли бы зажрать слабого духа…
Однако… был нюанс. Небольшой. Маленький даже. Но очень существенный.
Всё шло идеально, но на третий день обучения моей персональной красотки, которую я в порыве гордости обозвал аж «Лилит», мне пришла в голову мысль проверить одну теорию, поэтому, достав свои невероятно сложно заколдованные плакатики, упертые из Школы Магов, я развесил их над колбами, в которых гнездились мои суккубы. Результаты… ошеломляли. Настолько, что я тогда воздел голову и ехидно спросил:
— Товарищ Лючия! Вы что… помогали эльфам создавать волшебные расы?
Ответа я, разумеется, не ждал, но получил. Из воздуха соткалась призрачная рука, погладила меня по тыкве и исчезла. Вот те раз.
А в чем суть? А суть в том, что суккубы, инфернальные до последнего микрона их энергетических задниц, приняли разум фей, и, вместе с этим, получили возможность усложняться от сложной магии!
Это был прорыв. Не просто прорыв, а прорывище! Представьте себе, настоящий искусственный интеллект, который работает на сексе! Вечный помощник, верный секретарь, существо-фамильяр, которое
