У нас в классе новенький. После обеда учительница привела мальчика. Он был рыжий, весь в веснушках, а глаза голубые, как шарик, который я проиграл вчера на переменке, но это все потому, что Мексан играл нечестно. «Ребята, — сказала учительница, — вот ваш новый товарищ. Он иностранец, и родители отдали его в нашу школу, чтобы он научился говорить по-французски. Я надеюсь, что вы ему поможете и будете к нему внимательны». Потом учительница повернулась к новенькому и сказала: «Скажи своим новым друзьям, как тебя зовут». Новенький не понял, чего хочет учительница, он улыбнулся, и мы увидели, как у него много зубов. «Везет же человеку, — сказал толстяк Альцест, который вечно что-нибудь жует, — с такими зубами он, наверно, может откусывать здоровые кусищи!» Новенький по-прежнему молчал, и учительница сказала нам, что его зовут Жорж Макинтош. «Йес, — сказал новенький, — Джордж». — «Простите, мадмуазель, — спросил Мексан, — так его зовут Жорж или Джордж?» Учительница объяснила нам, что новенького зовут Жорж, но на его родном языке это произносится как Джордж. «Хорошо, — сказал Мексан, — мы будем звать его Жожо». — «Ну нет, — сказал Жоашен, — тогда уж Джоджо». — «Заткнись, Джоашен», — сказал Мексан, и учительница поставила их обоих в угол.
Учительница посадила Джоджо рядом с Аньяном. Аньян отнесся к нему недоверчиво, ведь он отличник и любимчик учительницы, поэтому он боится новеньких — вдруг и они станут отличниками и любимчиками? С нами-то Аньян может быть спокоен.
Джоджо сел и продолжал улыбаться во весь свой зубастый рот. «Жалко, что никто из вас не говорит по-английски», — сказала учительница. «Я овладел начатками этого языка», — сказал Аньян, который и правда здорово шпарит. Но когда Аньян захотел блеснуть своими начатками перед Джоджо, Джоджо посмотрел на него, потом засмеялся и покрутил пальцем у виска. Аньян очень обиделся, но Джоджо был прав.
Потом выяснилось, что Аньян сказал, что у него есть костюм, который очень богат, и что сад его дяди больше, чем шляпа его тети. Совсем спятил!
Когда прозвенел звонок, все вышли на переменку, только Жоашен, Мексан и Клотер остались в классе, потому что их наказали. Клотер двоечник и не выучил урок. Когда Клотера вызывают, его всегда потом не пускают на переменку.
Во дворе ребята окружили Джоджо. Все наперебой задавали ему вопросы, но он только улыбался в ответ. А потом он заговорил, но никто ничего не понял, потому что он все твердил «уиншуиншуинш» и больше ничего. «Все дело в том, — сказал Жоффруа, который часто ходит в кино, — что он недублированный. Вот если бы к нему титры!» — «Я могу попытаться перевести», — сказал Аньян. Он хотел еще раз пустить в ход свои начатки. «А ты, — сказал Рюфюс, — ты просто дурак!» Эти слова очень понравились новенькому, он показал пальцем на Аньяна и сказал:
«У, дуракдуракдурак». Он был очень доволен. Аньян заплакал и ушел, вечно он ревет, этот Аньян. А нам Джоджо понравился, и я даже отломил ему кусочек шоколадки, которую мама дала мне с собой. «А каким спортом у вас занимаются?» — спросил Эд. Джоджо, конечно, ничего не понял, он продолжал твердить «дуракдуракдурак», а Жоффруа ответил: «Тоже мне вопрос, в теннис они играют, во что же еще!» — «Лопух несчастный, — закричал Эд, — я не с тобой разговариваю!» — «Лопух несчастный! Дуракдурак!» — радостно закричал новенький. Но Жоффруа не понравилось, что Эд так его обозвал. «Это кто лопух?» — спросил он и сделал это совершенно напрасно, потому что Эд очень сильный и очень любит врезать кому-нибудь по носу, и носу Жоффруа не повезло. Когда Джоджо увидел кулак Эда, он перестал повторять «дуракдурак» и «лопух несчастный». Он посмотрел на Эда и сказал: «А, боксинг!» И тоже сжал кулаки и стал пританцовывать вокруг Эда, как боксеры в телевизоре у Клотера — своего у нас нет, и я все время прошу у папы, чтобы папа купил его. «Чего это с ним?» — спросил Эд. «Он хочет с тобой побоксировать, дубина», — ответил Жоффруа, потирая нос. Эд сказал «хорошо» и хотел дать Джоджо по носу, но промахнулся. Джоджо дрался гораздо лучше, чем Эд. Он надавал ему тумаков, и Эд начал злиться: «Как же мне с ним драться, если он все время прыгает?» — закричал Эд и — бац! — получил такой удар, что аж сел на землю. Но Эд не обиделся. «Ну ты и силач!» — сказал он, вставая. «Силач, дурак, лопух несчастный!» — ответил новенький, он все запоминает страшно быстро. Переменка кончилась, и Альцест, как всегда, пожаловался, что у него не хватило времени доесть четвертый бутерброд.
Когда мы вошли в класс, учительница спросила у Джоджо, весело ли ему было, а тут Аньян встал и говорит: «Мадмуазель, они учат его ругаться!» «Это неправда, врун проклятый!» — закричал Клотер, который не выходил на переменку. «Дурак, лопух несчастный, врун проклятый», — гордо произнес Джоджо.
