Судя по всему, Джокер ожидает еще один бантик. Честно говоря, совсем не хотелось сейчас разглядывать требуху: голова кружилась просто невыносимо, а после поездки в экипаже стало еще хуже. Джей не могла припомнить, было ли ей так плохо когда-нибудь. Едва не упав, она буквально выползла из экипажа, пытаясь делать вид, что у нее все хорошо. Она — сталь. Не стоит показывать сейчас, насколько же ей дурно. Толпа казалась размытым растекающимся пятном, сфокусировать взгляд не получалось, но Джокер упрямо сжала кулаки и, прищурившись смело шагнула вперед.
— Пропустите, я детектив… Магполиция… пропустите. Пропустите… с дороги! — интересно, в этом городе кроме нее кто-нибудь работает? Такое впечатление, что здесь собралась добрая половина Дирна: толпа все никак не кончалась, а вот терпение — да.
Кого там убили? Мэра? Плохая мысль, недобрая. Тревожная.
Востин Ерох был связан с мэром. Он был убит зверки, неправильно. Так не убивают, если не хотят этим что-то сказать.
Чертова бюрократическая машина! Они потеряли целый день, передавая дело из участка в участок! Возможно, мэр прав. Стоит перестать делить полицию на городскую и магическую. Стоит перестать делить сферы влияния. Хотя… если ее заставят работать на другом конце города, это тоже будет не очень хорошо.
Перед тем, как все-таки вынырнуть из толпы, Джей осознала еще одну свою ошибку. Точнее, недочет. Серьезный недочет. Она была в депо. Выяснила, что кто-то — убийца или Востин — пришел со стороны вокзала. Почему вчера ей и в голову не пришло поговорить с начальником? Кто-нибудь мог видеть, как неизвестный идет по перрону. А потом исчезает.
Надо сделать это сегодня. Пока не поздно.
Пройдя сквозь оцепление, Джей обнаружила Вдову, облокотившегося о стену кирпичного двухэтажного дома, наверняка чьего-нибудь особняка. Медные, позеленевшие от времени, перила крыльца были искусно выполнены: вьющиеся листья плюща. Джей на миг представила, как она опирается рукой о такие перила и содрогнулась: не заметишь, как порежешься, ведь!
Пижоны.
— Спасибо за экипаж, — вместо приветствия сказала Джокер. Назвать это утро добрым язык не поворачивался, а говорить «привет» было как-то неудобно. Сегодня она уже могла смотреть на Вэрда совершенно спокойно, клокочущие внутри нее воспоминания тихо бурлили в отведенном месте, не выкипая через край. Возможно, этому способствовала дурнота: поворачивать голову было мучительно, поэтому она сосредоточилась на том, чтобы не делать лишних движений в принципе.
Вдова не ответил. Он был хмур, как небо над их головами. Безучастно скользнув по ней взглядом, он кивнул в сторону темного проулка между домами.
— Иди посмотри. Сразу предупреждаю: зрелище неаппетитное.
— Когда это убийство было аппетитным? — поинтересовалась Джей. — Кажется, дела, в которых убийца дожаривал жертв до хрустящей корочки, мы не вели.
Не смешная шутка. Неуместная. Но Вэрд хмыкнул.
— Вот это уже больше похоже на тебя, — ей показалось, или в его голосе она услышала одобрение?
Ей все равно. Должно быть все равно.
Шагнув во тьму междомового пространства, она сразу же почувствовала невыносимый запах нечистот. Вроде бы не трущобы, а выносить помои все равно приходится за порог. Им самим не противно здесь жить? А ведь этого всего можно избежать: просто не полениться и донести всю эту гадость до выгребной ямы.
Тьфу.
Тело лежало ровно посередине проулка, и то, что увидела Джей поначалу не уложилось в тяжелой похмельной голове.
Потому головы у трупа не было. Она была аккуратно отрезана. Лужа крови, вытекшей из яремной вены, чернела в сумраке, но крови опять было слишком много. Джей не сомневалась, что убийца и в этот раз добавил немного свиной. Она это выяснит, когда прочитает эту кровь.
Факт наличия большого количества черной в полумраке жидкости Джей отметила лишь краем сознания, сквозь прозрачную стену накатившего на нее ступора. Разум совершенно отказывался воспринимать все остальное. В этот раз убийца не стал художественно раскладывать внутренности вокруг тела. Нет. Он распорол живот от паха и до грудины, извлек все и просто свалил по правую руку убитого. Затем раздвинул края распоротого живота и… этот человек болен. Болен, потому что только безумец мог додуматься до такого! Отрезанная голова жертвы была в животе. Открытые глаза несчастного заставляли Джей постепенно падать в состояние тихой паники. Каждый человек в Хортелле, каждый человек в этом мире знает: нельзя оставлять глаза мертвеца открытыми. А особенно, если человек умер насильственной смертью. Духи, злые духи Той Стороны, не упустят случая вернуться в мир живых. Никаких заклинателей и шаманов не хватит, чтобы усмирить их всех.
А что может вылезти в мир сквозь глаза настолько жестоко убитого человека, Джокер боялась даже представить.
Единственное, что внушало надежду на лучшее, было то, что труп был еще свежим. Был шанс, что ничего страшно в мир живых сквозь мертвый взгляд проникнуть не успело.
