На сцене перед занавесом опустилось белое полотно экрана, и свет в зале медленно потух. Одна группа сменяла другую: «Аквариум», «Машина времени», «Алиса», «Братья Карамазовы», «Калинов мост»… Но вот на экране высветились три огромные буквы: DDT. Отец Константин аж крякнул от удовольствия и предвкушения встречи со своим любимым Шевчуком, весь превратился в слух. Глеб, тоже неравнодушный к этой нестареющей рок-группе, сцепил в напряжённом ожидании пальцы рук. Заставка с названием группы слетела с экрана, и тишину зала всколыхнула живительная напористость Шевчука:
С каждым словом тугая волна рока, пронизанная, как парча, серебряными нитями светлой грусти и трепетной, душевной тревоги за Родину, Россию, за измученный, но не сломленный народ, нарастала, заполняя собой всё пространство:
И вдруг Глебу захотелось встать и крикнуть во всю силу своего молодого голоса:
– Долетим, Юра! Обязательно долетим мы до своего рассвета. С нами Бог, Он нам поможет!
Не встал. Не прокричал. Остановил его внутренний голос: «Веришь в Господа, Глеб? Надеешься на Него? Любишь Его? Тогда молись! Молись всем сердцем, всей своей душой, но никогда не кричи об этом. Христос услышит и шёпот, если в него вложена искренняя, горячая молитва».
