Они вели самый простой образ жизни, особенно если учесть, что автомобиль в начале века был большой редкостью. Голсуорси и их гости поездом добирались до Ньютон-Эббота или Бови-Трейси, где их встречала крестьянская повозка или тележка, запряженная собакой; затем они с багажом ехали к ферме по узкой тенистой дороге. В доме не было удобств в их современном понятии: электрического освещения – только масляные светильники и свечи, – уборной и ванной комнат. Мылись они в сидячей ванне, которая ставилась перед зажженным камином, воду для нее носили снизу из кухни. Из-за всего этого они находились в большой зависимости от любезности местных жителей. Супруги Голсуорси гуляли, катались верхом и принимали участие в жизни деревенской общины. Вскоре после их приезда Джон организовал «Стрельбище Манатона», «что вызвало восторг у местной молодежи (мужчин)», – сообщает Ада. Они держали собственных лошадей – Пегги, любимую кобылу Джона, и Скипа, купленного для Ады и гостей. У них было много собак, и количество их постоянно увеличивалось. Они очень нуждались в общении и радовались, когда к ним приезжали гости; чаще всех у них бывал Ральф Моттрэм и родственники Джона. И, конечно, их друзья-литераторы, и среди них Эдвард Гарнет, который спас Криса от гадюки: «именно Эдвард Г. отфутболил Криса от змеи, как мяч... Мне ужасно интересно, как часто приходилось ему подбрасывать ногами собак – настолько ловко это у него получилось». Однажды осенью они отправились в небольшой поход с супругами Баркерами; те «оказались великолепными спутниками; он был неистощим на анекдоты, всевозможные выдумки, веселые рассказы и так далее. К тому же он гениально «играет» на пианоле (!). Я слышала в его «исполнении» две токкаты Баха, и должна признаться – никогда не слыхала ничего подобного».
Но, гостил ли у них кто-нибудь или они оставались одни, жизнь в Манатоне давала Голсуорси возможность трудиться постоянно – что ему редко удавалось где-нибудь еще. Той весной он работал над романом «Братство». «Это странная книга, – писал он Гарнету. – Более личная, чем любое другое мое произведение. Этим я хочу сказать, что в ней меньше
Это действительно очень личная книга: пожалуй, ни один из героев романов Голсуорси не наделен таким количеством автобиографических черт, как Хилери Даллисон. Как и его создатель, Хилери Даллисон – писатель, человек со средствами и примерно тех же лет, что и Голсуорси к тому времени: ему сорок два года. Но важнее этого внешнего сходства является его озабоченность чужими бедами: «В какой мере обязан человек отождествлять себя с другими людьми, особенно людьми слабыми, в какой мере имеет он право изолироваться от всех, держаться integer vitae[70]?»
Проблемы Хилери – это проблемы самого Голсуорси. В заметках по поводу романа Голсуорси раскрывает суть характера Хилери:
«В образе Хилери показано, каким роком тяготеет над ним его «сверхутонченность», каким бедствием для него она является.
...Особенность английской системы воспитания и образования заключается в том, что, получив хороший исходный материал, она формировала существо настолько подавленное, застенчивое, сдержанное и гипертрофированно-чувствительное, что, когда жизнь заставляет его столкнуться с неприкрытой человеческой плотью и кровью (а это случается в «самых добропорядочных семьях»), его просто парализует... Его трагедия состоит в его сверхчувствительности, и это настоящая трагедия».
Главная тема романа была отражена в его первоначальном названии – «Тени». «Тенями» культурных, обеспеченных Даллисонов являются бедняки, живущие в трущобах на Ноттинг-Хилл-гейт – в районе, расположенном в непосредственной близости от фешенебельного района Кемпден-Хилл, где жили оба брата Даллисоны с семьями – Хилери и Стивен – и одно время жил сам Голсуорси. Через семью Хьюзов жизнь всех героев романа переплетается в один тесный клубок. Миссис Хьюз «помогает» жене Стивена Сесили; вместе с Хьюзами живет «маленькая натурщица», которая начинает позировать жене Хилери, художнице Бьянке. Ее крайняя нищета вызывает у Хилери сочувствие и заинтересованность в ее судьбе, и он покупает девушке комплект новой одежды, вплоть до нижнего белья, чем вызывает естественные подозрения у своей семьи, а также ревность у подвыпившего мистера Хьюза.