Однако в новом году волна бита из Мерсисайда, грозившая смыть Хелен,
«Love Me Do» в самой основе тоже была печальной и, по словам Джона Леннона, «исполнялась медленно, вроде „Halfway To Paradise“ Билли Фьюэри, но Джордж Мартин предложил сыграть ее быстрее. Я рад, что мы послушались его». Позже он также признался: «Нашим успехом мы в значительной степени обязаны Джорджу и особенно его умению терпеливо направлять наш энтузиазм в нужное русло».
Усилия Мартина «представляли собой ярчайший пример искусства звукозаписи», скажет модный продюсер 70–х годов Ричард Перри. Однако рыцарское звание сотрудник «Parlophone» заслужил скорее тем, чего он
С самого начала Мартин привлек группу к технической стороне записи в студии. Кроме того, он был готов приспособиться к самым радикальным предложениям — поначалу вместо «Please, Please Me»
Даже на этой ранней стадии Джордж Мартин обнаружил, что Джон, не отличавшийся скромностью в остальном, не проявлял ни малейшего тщеславия в том, что касалось собственного пения. «Я не могу даже сказать, что мне нравится себя слушать», — говорил он. Это заставляло его осторожно относиться к комплиментам по поводу таких спорных вещей в первой долгоиграющей пластинке
«Я никогда не мог понять его предвзятого к себе отношения, — вздыхал Мартин, — потому что у него был один из лучших голосов, которые я когда-либо слышал. Он был горячим поклонником самых первых записей Элвиса Пресли, особенно в стиле „Heartbreak Hotel“, и всегда говорил мне: „Сделайте что-нибудь с моим голосом. Улучшайте его томатным кетчупом. Измените его“. Кроме того, он был одержим реверберацией, создававшей эффект, похожий на эхо. Мне приходилось делать для него и другие вещи, и он был относительно счастлив, если в результате звучал голос, далекий от его натурального. Он всегда желал, чтобы его вокал подвергался специальной обработке. Однако я предпочитал слышать его естественный голос».
Наш застенчивый певец и его молодая жена жили в Мендипсе, когда вышел в свет сингл «Please, Please Me». К двери дома приходили дети, чтобы увидеть Джона Леннона, поп-звезду из Вултона, или попасть в фургон водителя Нейла Аспинела, который мог увезти их на концерт в отдаленное графство. Куда бы ни направлялась «новая британская группа, способная бросить вызов
Тем не менее назревали огромные перемены, и это нашло отражение в действиях некоего Питера Стрингфелло, будущего самопровозглашенного «крупнейшего владельца дискотек». Вместе со своим братом Джеффом он открыл в Шеффилде танцевальный зал «Black Cat» при церкви Св. Эйдена, куда можно было попасть за плату в 1 флорин (десять пенсов). В феврале 1963 года Стрингфелло уступил непрекращающимся просьбам осаждавших его поклонниц