Кертис «был доволен, что он (Пит Бест) присоединился ко мне, потому что был известной фигурой в Мерсисайде. Пит Бест за ударной установкой у тебя за спиной — это великолепная приманка. Я видел его на сцене с
Beatles,и это было просто потрясающе — девушки, сходя с ума, буквально визжали, упрашивая Пита спеть». Тем не менее, большого успеха не получилось. Во время одного из выступлений в клубе «All-Stars» Астрид Кирхгерр посочувствовала Питу, но ее симпатии было недостаточно, чтобы смягчить горечь от того, что он «играет с менее известной группой и точно так же занят в одноразовых контрактах, как и при
Beatles».
Вместе с другими звукозаписывающими компаниями «Decca» привезла в Ливерпуль портативное оборудование, чтобы записать как можно больше музыкантов из города и близлежащих поселков и потом собрать долгоиграющий диск под названием «This Is Merseybeat» или «At The Cavern». Отобранные для прослушивания музыканты либо уже приобрели известность в Гамбурге, либо фигурировали в последнем рейтинге журнала «Mersey Beat».
The Big Threeполучили преимущество из-за того, что их продюсером был Эпштейн, а у
Mojosбыл богатый собственный репертуар, песни из которого беззастенчиво заимствовали другие группы. Другие привлекли внимание участием ярких шоуменов, таких, как Кингсайз Тейлор, Рори Сторм, Дерри Уилки, Фредци Старр и Билл «фараон» Расли. В британских чартах 60–х годов женскую часть Мерсисайда представляла Берил Марсден, так и не сумевшая добиться успеха в общенациональном масштабе, а также более слабая певица Силла Блэк.
Среди прочих не оправдавших ожидания песен можно назвать элегантную «The One To Cry» группы
The Escortsи захватывающую «Lies» в исполнении
Johnny Sandon And The Remo —не говоря уже о таких безупречных работах, как «Fortune Teller», «Some Other Guy», «Twist And Shout», «Let's Stomp» и других вещах, которые утонули в потоке более скучных композиций, что вызвало мрачное замечание Билла Харри: «В этом бизнесе сливки не всегда всплывают наверх».
Рассказывают — возможно, это выдумки, — что все члены одной из собранных наспех групп Мерсисайда ненастным осенним днем занимались подработкой — разгрузкой автомобильных запчастей на каком-то складе. Именно тогда им на глаза попалась фотография
The Merseybeatsв том же номере журнала «Music Echo», где какие-то южные стиляги копировали костюмы и декор с обложки долгоиграющего диска
Beatles«Twist And Shout», вышедшего в 1963 году. В августе того же года Леннон жаловался в «Melody Maker», что «бесстыдным копированием» занимаются даже
Gerry And The Pacemakers,что огромное количество групп создано по образу
Beatlesи что они «копируют нашу музыку вплоть до самой последней ноты». Некоторые группы использовали названия насекомых —
Termites, Moths, Grasshoppersи так далее, другие вводили в название слово «beat» —
Beatstalkers, Counterbeats, Fourbeats, Beat Boys, Beat Merchants, Beathovensи так далее.
Группы из молодежных клубов носили пиджаки без Лацканов и шевелюры, напоминавшие растрепанные снопы. Они пели с ужасным ливерпульским акцентом, подражая Джону или Полу, а неулыбчивый гитарист воображал, что играет на черной гитаре «Rickenbacker», подключенной к усилителю «Marshall», совсем как Джордж Харрисон, самый мужественный и волосатый из всей четверки.
Неужели лишь в прошлом году челка Билли Фьюэри была неоспоримым признаком женоподобия? Современный юноша с прической «конский хвост» удивится, какой остроты достигали тогда семейные споры по поводу длинноволосых мужчин. Бабушки и дедушки призывали к спокойствию среди бурных споров между родителями и Когда-то послушными детьми по поводу той какофонии, которая неслась из транзисторных приемников, проигрывателей «Dansette» и черно-белых телевизоров, не говоря уже об узконосых ботинках («ты что думаешь, что твоя нога такой формы?»), грубых обтягивающих джинсах-дудочках, ужасных галстуках и прическах. По британской провинции поползли жуткие слухи о том, что Мик Джаггер из
Rolling Stones,прическа которого была еще больше похожа на женскую, собирался сделать операцию по смене пола, чтобы потом выйти замуж за другого музыканта группы.
