Джон Леннон полностью

Если это действительно так, то можно провести параллель между фильмом „Self-Portrait“ и произведением Дюшана „Fountain“, представлявшим собой ни больше ни меньше как мочеприемник с надписью: „R Mutt 1917“. „Self-Portrait“, эта 42–минутная лента, на всем протяжении которой демонстрировался член Леннона и несколько капель жидкости из него, была показана в сентябре 1969 года в лондонском Институте современного искусства в рамках премьеры нескольких бессюжетных фильмов, в стиле американца-авангардиста Энди Уорхола, снятых Джоном и Йоко, которая была более опытным режиссером. Подобно другим совместным проектам Оно и Леннона этого периода, большая их часть представляла собой неестественную, непоследовательную и, как правило, непонятную комедию. Единственным исключением стал фильм „Rape“, в котором оператор в течение часа неотступно следил за испытывавшим все возрастающую тревогу студентом-иностранцем на улицах Лондона. Если не принимать во внимание „Rape“, то некоторые зрители находили отдельные отрывки кинематографических опусов Йоко и Джона интересными, тогда как другие недоуменно ерзали на своих местах.

Фильм „Rape“ был показан по австралийскому телевидению 31 марта 1969 года, когда молодожены Йоко и Джон завершали свою первую публичную акцию — „лежание в постели за мир“. На скромной церемонии бракосочетания, которая состоялась 20 марта в Гибралтаре, Леннон являл собой любопытную картину: разделенные пробором волосы до середины спины, борода до самых скул, вызывающего вида круглые очки, сигарета в зубах и белый костюм. За церемонией последовало опять-таки „лежание в постели“ в присутствии публики и журналистов в роскошном номере для молодоженов амстердамского отеля „Хилтон“. Они уверяли, что семидневное лежание в постели на потеху прессе остановит насилие во Вьетнаме и Биафре эффективнее, чем любые марши протеста или сидячие забастовки студентов.

И церемония бракосочетания, и акция „лежания в постели“ были упомянуты в сингле „The Ballad Of John And Yoko“, последнем из синглов Beatles,поднимавшихся на вершину британского хит-парада. То, что припев каждый раз начинался восклицанием „Christ!“ — опять Христос! — ограничило трансляцию песни, а сюжет в целом подтвердил репутацию Леннонов как „скандальной пары“, наподобие Сержа Гинзбура и Джейн Биркин, авторов вышедшего этим летом „Je T'Aime… Moi Non Plus“, где приятная мелодия пробивалась сквозь рычание, стоны и шепот, слова переводились примерно как: „Ты морская волна, а я пустынный остров. Ты идешь ко мне и проникаешь в мое лоно“, а впечатление сексуального оргазма нарастало к финалу. Несмотря на запрет трансляции по Би-би-си, „Je T'Aime“ в исполнении группы Creedence Clearwater Revivalстала хитом Номер Один в Великобритании, а в континентальной Европе собрала еще более богатый урожай. Было продано более миллиона экземпляров сингла, и эта мелодия еще долго продолжала звучать в танцевальных залах континента.

Нежности Оно и Леннона тоже вышли за пределы „приличий“. Более того, чтобы обнародовать вещи, которые большинство людей не хотели слышать или понимать, они превратили свою скандальную жизнь в еще более открытую и абсурдную фантасмагорию с такими невероятными выходками, как пресс-конференция в огромной постели, небрежное письмо королеве, в котором Джон отказывался от ордена Британской империи, посылка желудей мировым лидерам, литографии с изображением их самих, занимающихся сексом, надписи „Конец войне!“ на стенах домов 11 городских центров. У древних греков было специальное слово для обозначения подобного поведения: hubris.Оно не поддается точному переводу и обозначает глупое в своем героизме, вызывающее поведение, в основе которого лежит непризнание свободы от авторитетов и условностей.

В ответ большая часть надписей „Конец войне!“ была стерта через день после их появления. Однако большее понимание, если не симпатию, могла вызвать вторая акция „лежания в постели“ — на этот раз в Торонто, — во время которой была записана песня Леннона „Give Peace A Chance“. Несмотря на то, что в качестве авторов музыки на лейбле были указаны Леннон и Маккартни, это был первый успех Джона — второе место в Великобритании и четырнадцатое в США — без Пола, Джорджа и Ринго, который в данном случае приписывался „Plastic Ono Band“. Впоследствии появившаяся в музыкальных изданиях реклама размером в целую страницу информировала читателей: „Plastic Ono Band“ — это вы!» Правда, и по прошествии 30 лет лично я не получил никакого гонорара за «Give Peace A Chance». А вы?

Тем не менее, это была легкозапоминающаяся мелодия — даже с учетом того, что стихи представляли собой всего лишь набор слов в размере 2/4 и рефрен, который сообщал слушателю лишь то, что было продекларировано в названии песни.