Джон Леннон полностью

Худшие аспекты битломании достигли кульминации в личности убийцы Леннона — Марке Дэвиде Чепмэне; однако, как напоминает нам Боб Дилан в «The Times They Are A–Changin», не следует критиковать того, что не можешь понять. Когда Джон, Пол, Джордж и Ринго в 1964 году приземлились в нью–йоркском аэропорту, Чепмэну было восемь лет, и он жил вместе с родителями и младшей сестрой в Атланте, штат Джорджия. Он только что закончил составлять свой первый альбом вырезок, посвященный лишь начинавшей разворачиваться карьере Beatles. К тому времени, когда у Марка начал ломаться голос, каждый уголок его спальни был битком набит вещами, имевшими отношение к Beatles: фотографии на стенах, горы пластинок различных фирм, фотографии конвертов дисков, выпущенных в других странах, записи других музыкантов. В то время он не предпринимал активных действий, а лишь впитывал поступающую информацию.

Он часами перекладывал и классифицировал свои сокровища, любовался ими, находя все больше аспектов, достойных изучения и сравнения. Совместные и сольные диски Beatles, выпущенные в разных странах, звучали абсолютно одинаково, но имели внешние различия. Когда сингл «I Feel Fine» был выпущен в Нидерландах, компания «Dutch Parlophone» завершала использование старого логотипа — на этикетке прописными буквами указывалось название фирмы, а перед каталожным номером стояли цифры «45». Этикетка второго тиража имела похожий дизайн, но была компактнее. Заметнее всего это было в названии песни. Вторая интригующая особенность — загадочное отсутствие фамилии Маккартни среди авторов.

Если бы случайный знакомый проявил вежливый интерес, Марк, скорее всего, извиняющимся тоном объяснил бы, что коллекция не предназначена для посторонних глаз и тем более ушей. Beatles из удовольствия превратились в наркотик — как для других героин. Желая узнать о них абсолютно все, он впитывал любую информацию, не оставляя без внимания всякие мелочи. Марк мог подробно, красноречиво и со знанием дела рассказывать о своем увлечении, но не понимал, почему школьные товарищи не разделяют его маниакальной страсти. Окружающие снисходительно относились к полноватому юноше в круглых, как у Джона Леннона, очках, который во всем остальном был «спокойным, нормальным парнем». О нем отзывались как о «слегка эксцентричном» или «чуть сдвинутом», но Марк был слишком увлечен Beatles, чтобы обращать внимание на эти оценки, — подобно тому, как шимпанзе в зоопарке не обращает внимания на то, что думают люди, наблюдающие за ним сквозь прутья клетки.

Марк закончил школу в 1973 году, и к этому времени он уже приобщился к ЛСД, а также изведал славу и энтузиазм участия в поп–группе. В соответствии с модой начала 70–х годов он объявлял себя вновь обретшим веру христианином. Два года спустя Марк вместе с другими противниками войны во Вьетнаме работал в резервации в Арканзасе, радуя руководителей своим усердием и готовностью выполнять самую тяжелую работу. Полюбив достойную женщину, он подумывал о поступлении в теологический колледж. Он перестал всецело связывать свою жизнь с Beatles и в этот период жизни ближе всего подошел к состоянию, которое можно было бы назвать удовлетворенностью.

Будущая жертва Чепмэна тем временем пребывала не в лучшей форме. Джон, летавший из Калифорнии в Нью–Йорк, явно располнел, хотя его поведение на публике стало менее эксцентричным. Пьяные мечты и профессиональные метания со всей очевидностью проявились в таких альбомах, как «Pussycats» и «Goodnight Vienna» Ринго Старра, в котором одноименный альбому трек был написан Ленноном. И он, и Ринго были восторженными поклонниками Джонни Винтера, косоглазого и белобрысого техасского блюзмена, который из местной знаменитости внезапно превратился в звезду и попал на обложку «Rolling Stone». Поэтому Леннон написал «Rock 'n' Roll People» для его альбома 1974 года «John Dowson Winter», явившегося запоздалой реакцией на увлеченность получившей в 1969 году премию «Грэмми» композицией «The Thrill Is Gone», единственного традиционного хита Би Би Кинга и одного из немногих сохранившихся звеньев между послевоенным блюзом и роком 70–х.

Как бы то ни было, собственный альбом Джона «Mind Games», вышедший в 1973 году, оказался таким же посредственным, как и «Goodnight Vienna». Однако «Walls And Bridges», хотя и озвучил некоторые из старых идей, стал источником и поводом для коммерчески успешных синглов, таких, как бессмертный «Number Nine Dream» (как обычно, в североамериканских чартах он поднялся выше, чем где–либо еще) и занявший в США в 1974 году первое место «Whatever Gets You Through The Night». Последний был записан при участии Элтона Джона, впоследствии знаменитого пианиста и певца, с которым Леннон познакомился, когда тот исполнял чужие хиты для коммерческого альбома EMI «Music For Pleasure», прежде чем превратиться в нечто среднее между Лайбрейсом и мужским вариантом Эдны Эверидж.