После двух лет сочинения сценариев, съемок, монтажа и постпродакшена в марте 1992 года наконец состоялась премьера пилотной серии, которую встретили вежливыми рецензиями. Критики аплодировали благородным целям сериала, даже если и считали его немного скучноватым. Уважаемый критик Джон Дж. О’Коннор в «Нью-Йорк таймс» похвалил его за «совершенно восхитительную идею», но исполнение посчитал «неуклюжим». «Каждый раз, когда в сценарии появляется какая-то информация, – писал О’Коннор, – чувствуется, что господин Лукас берет в руки учительскую указку»[1278]. Тем не менее ABC был вполне доволен результатами и разрешил Лукасу выпустить весь сезон. Но затем телеканал как будто растерялся и закрыл первый сезон после шести серий. Лукас был разочарован тем, как ABC обошелся с проектом, но наслаждался процессом и редко жалел о том, что каждую неделю вкладывает пятьдесят часов в сценарий, монтаж и цифровые спецэффекты. «Я занимаюсь этим только потому, что мне хочется, – настаивал он. – Так что у меня большое преимущество: мне абсолютно все равно, нравится [телеканалам] что-то или не нравится. Я оставил свою оплачиваемую работу кинопродюсера ради этого. Я делаю это из любви»[1279]. С таким удовольствием и погруженностью он не занимался фильмами со времен университета.
К сожалению, плод любви не обернулся для ABC безумно прибыльными рейтингами. В попытке подстегнуть зрительский интерес ближе к концу второго сезона Лукас пригласил Харрисона Форда вновь надеть шляпу-федору и сыграть пятидесятилетнего Инди, который рассказывает историю о расследовании убийства вместе с Сиднеем Беше и Эрнестом Хемингуэем в Чикаго в двадцатые годы. Форд, который выглядел несколько потрепанным из-за бороды, которую отрастил для съемок в «Беглеце», отснял свою часть меньше чем за день на собственном ранчо; Лукасу понравилась идея с немолодым Инди в пятидесятые годы. Он решил, что это интересный замысел для следующего фильма об Индиане Джонсе.
Однако в этот раз даже у Харрисона Форда не получилось спасти Инди. После двух сезонов и двадцати пяти серий «Молодой Индиана Джонс» незаметно пропал с экранов телевизоров[1280]. Однако он стоил вложенных усилий. Сериал был снят превосходно – в качестве подтверждения он мог похвастаться многочисленными «Эмми» за монтаж, художественное оформление и визуальные спецэффекты. Большинство критиков соглашались, что он вышел проходным, но при этом отлично выглядел на экране и создавался с благородной целью. Но если «Молодой Индиана Джонс» провалился как экспериментальный образовательный телесериал, то он был безоговорочно успешен как исследование возможностей цифрового кинематографа. Трюки, которым Лукас научился на «Молодом Индиане Джонсе», могли даже, как он намекал, дать надежду на следующие «Звездные войны».
Прошло больше десяти лет с Великого Фиаско 1980 года, когда Лукас с отвращением вышел из состава Академии кинематографических искусств и наук после спора из-за размещения имени Ирвина Кершнера в титрах. Но в 1992-м Академия, видимо, осознав, что блудный сын создал один из важнейших фильмов за всю историю, была готова загладить вину. Совет директоров проголосовал за награждение Лукаса Премией имени Ирвинга Тальберга, предназначенной для «выдающихся продюсеров, в работе которых отражено высокое и постоянное качество кинопроизводства». Это была пышная оливковая ветвь со стороны Академии, и Лукас принял ее, хотя
30 марта Спилберг поднялся на сцену Павильона Дороти Чендлер, чтобы лично рассказать о премии, и представил Лукаса как «отважного коллегу, великолепного и верного друга»[1281]. Лукас взбежал на сцену в черном фраке и в искренней подготовленной речи напомнил Голливуду, что кино – это гораздо больше, чем деловые сделки и студийные бюрократы:
«Я хочу поблагодарить членов Академии и Совет попечителей за эту огромную честь не только от себя, но и от лица тысяч талантливых мужчин и женщин, роботов и инопланетян, и всех остальных, с кем я был счастлив разделить творческий опыт в последние несколько лет. Фильмы не появляются в изоляции; это всегда результат работы многих людей. И лишь благодаря труду, очень тяжелому труду множества актеров, писателей, режиссеров, продюсеров, изобретательных техников, тысяч помощников всех мастей и киномехаников я сейчас стою на сцене и принимаю эту награду. Я очень-очень благодарен всем им»[1282].
Премия – тяжелый бюст Тальберга на деревянном основании – стала единственной наградой Академии, которую получил Лукас. («Я слишком популярен, – ворчал Лукас в 2015 году. – Они не дают “Оскар” за популярные фильмы»[1283].) Тем не менее Премия Тальберга была заслуженной данью уважения Лукасу. Представляя Лукаса тем вечером, Спилберг – который сам получил Премию Тальберга в 1987 году и наконец выиграл «Оскар» за лучшую режиссуру в 1994-м за «Список Шиндлера» – отметил, что Лукас «изменил изображение и звучание не только своих фильмов, но и фильмов всех остальных»[1284].
