Старинное палио вернули Пресвятой Деве, как когда-то обещал Ромео. Мы отвезли его во Флоренцию и отдали специалистам для чистки и консервации, и теперь оно висит в стеклянном футляре в маленькой часовне Музея Орла, удивляя своей чистотой, учитывая испытания, выпавшие на его долю. Контраду, естественно, обуяла эйфория, оттого что мы отыскали эту важную историческую реликвию, и никому не показалось странным, что я краснела, когда речь заходила об истории обретения артефакта.
За десертом, грандиозным свадебным тортом, лично придуманным Евой-Марией, Дженис перегнулась через стол и положила передо мной на стол пожелтевший пергаментный свиток. Я сразу узнала письмо Джианноццы, которое брат Лоренцо показал мне в кастелло Салимбени. Печать уже была сломана.
- Маленький подарок, - сказала Дженис, вручив мне сложенный лист бумаги. - Это английский перевод. Брат Лоренцо отдал мне письмо, а Ева-Мария помогла перевести.
Я видела, сестре не терпится, чтобы я прочитала письмо, поэтому я так и сделала.
Вот что там говорилось:
«Дорогая сестра моя, не могу высказать, как обрадовало меня твое письмо после долгого молчания. Невыразима и печаль, в которую ввергли меня сообщенные новости. Мать и отец мертвы, и Мино, и Джакопо, и маленький Бенни - не знаю, какими словами кричать о моем глубочайшем горе. Много дней я собиралась с силами написать тебе ответ.
Будь здесь брат Лоренцо, он сказал бы мне, что все это часть великого замысла Небес и что не стоит лить слезы над дорогими нам душами, которые уже радуются в раю. Но его со мной нет, как нет и тебя. Я совершенно одна в этом варварском краю.
Как бы мне хотелось приехать и увидеть тебя, дражайшая сестра моя, чтобы мы могли принести друг другу слово утешения в черные времена. Но я узница в доме моего мужа, и хотя он почти не встает с одра болезни, слабея день ото дня, опасаюсь, что он проживет до скончания времен. Иногда по ночам я отваживаюсь выйти из дома и полежать на траве, глядя на звездное небо, но завтра дом наводнят назойливые незнакомцы из Рима, какие-то торговые партнеры по фамилии Гамбакорта, и свобода моя вновь ограничится стенами дома. Но я не буду утомлять тебя моими печалями. Они ничто по сравнению с испытаниями, выпавшими тебе.
Меня несказанно опечалило, что дядя держит тебя под замком, и ты одержима мыслью отомстить злодею С. Дражайшая сестра, я понимаю, это почти невозможно, но молю тебя оставить эти пагубные планы. Положись на волю Небес, которые в нужное время накажут этого человека должным образом. Я много времени провела в часовне, вознося хвалу Небесам за твое спасение из лап негодяев. Описание этого молодого человека, Ромео, заставляет поверить, что он и есть тот самый рыцарь, которого ты давно ждала.
Теперь я радуюсь, что именно я, а не ты, согласилась на этот отвратительный брак. Пиши мне чаще, любимая сестра, ничего не таи, чтобы я хоть так изведала любовь, в которой мне отказано.
