— Давай, приступай.
А у меня и желание пропало помогать таким некультурным людям. Но деваться некуда.
Я подошёл, встал справа, попросил стул. Илья Николаевич тут же мне его подал. Я присел, положил левую ладонь на его левую руку.
Представил, как направляю поток жизненной энергии из янтаря через ладонь в тело пациента. Вот его тело наполнилось чужой жизнью. Представил, как энергия просеивает каждый миллиметр, выдавливая всё нездоровое, инфицированное — в желудок.
На этот раз ушло гораздо больше времени — час, может, два. Когда вся дрянь собралась в желудке, пришла мысль: вряд ли получится вызвать рвотный рефлекс — пациент в слишком плохом состоянии.
— Пациент в памперсе?
Медсестра утвердительно кивнула.
— А что? Проблемы? — спросил Илья Николаевич.
— Тяжёлый он. Со рвотой не выйдет — придётся принудительной дефекацией выводить заразу.
Получившуюся массу я двинул из желудка в прямую кишку, расширяя её. Воздействуя энергией на мускулатуру кишечника, волнообразно сокращал её. Первым препятствием стал внутренний сфинктер — его я тоже расслабил энергией, как и внешний.
Выход массы сопровождался характерным звуком, который ни с чем нельзя было спутать. Убедившись, что организм пациента полностью очистился, я решил сымитировать усталость.
Симулировать потерю сознания и падать на пол я не стал — помещение было слишком освещённым, и слишком много глаз было направлено в мою сторону.
Я отпустил руку пациента, согнулся, сделал выдох и украдкой взглянул на браслет.
«Вот незадача — целых три камня потратил на него. Слишком затратное вышло исцеление».
Ладно, пора прекращать комедию. Я приподнялся, распрямил плечи, встал со стула.
— Я закончил.
— Ты уверен? — спросил Илья Николаевич.
— Так точно.
Я развернулся и направился к выходу.
Слышно было, как Илья Николаевич прощается со всеми, уверяя, что лечение прошло успешно.
Догнав меня, он спросил, почему я так невежливо ушёл.
— Один конкретный персонаж мне не понравился, и продолжать общение с ним — вернее, с ней — я не хотел.
— Зря ты так. Мария Михайловна — неплохой человек. Намучилась она с сыном… Там история такая была.
Сынок её — пациент — сначала на травку подсел, дальше — больше, на кокаин. Сам понимаешь, деньги в семье водятся. Ну и в один момент пропал. Продал квартиру, машину, снял накопления и сбежал.
Женщину он, видите ли, встретил — любовь всей жизни. А она непростая была, плотно на системе сидела. Так вот, запутала она паренька. Сначала они уехали в Турцию, следы путали, потом — на Северный Кипр, оттуда в…
Короче, нашли сыночка через два года на Гоа — без денег, без документов, в критическом состоянии. В общем, досталось Марии Михайловне…
— Да, бедный мальчик (сарказм)
Мы сели в машину и поехали в сторону работы.
— Николай, что будешь делать? Вернёшься на работу?
— При всём уважении, Илья Николаевич, я потратил слишком много сил, и мне необходимо их восстановить. Поеду домой, отлежусь.
Mercedes остановился у служебной парковки. Я попрощался с шефом, направился к своему автомобилю, сел в него и закурил. Обдумывал следующий шаг.
«Ну, надо купить расходные материалы: баночки и пакеты, ингредиенты и мазь для похудения — для следующего эксперимента».
Выйдя из магазина «Травы жизни» с четырьмя фирменными пакетами, взглянул на время. Обед. Я подумал: «А почему бы мне не заехать в ту самую понравившуюся мне столовую?»
Запах свежего хлеба и наваристого супа встречает у порога, будто тёплая ладонь, зовущая к столу. В воздухе витает душистый пар — только что с плиты, щедрый, без претензий.
Борщ, как доброе воспоминание: густой, с рубиновой свеклой, нежной капустой и кусочками картофеля, тающими во рту. Ложка утопает в нём, поднимая аромат чеснока, лаврового листа и тмина. Сметана, белоснежным облаком, медленно растворяется, смягчая яркую кислинку.
Котлета с гречкой. Котлета — честная, с хрустящей корочкой, внутри сочная, с луковыми нотками. Гречка рассыпчатая, зернышко к зернышку, с масляным блеском.
Салат: огурцы с помидорами, нарезанные крупно, без изысков. Слегка солоноватые, с каплями влаги на кожице. Лук колечками, чуть острый, перекликается с ароматом подсолнечного масла — деревенская искренность в каждой вилке.
Компот в глубоком стакане — янтарный, с плавающими ягодами шиповника.
И главное — хлеб. Мягкий, тёплый, с поджаристой корочкой. Его можно макать в борщ, подбирать им остатки гречки или просто есть.
Не успел завершить приём пищи, как позвонил Станислав. Сообщил, что браслеты для жены готовы и можно забирать.
Ювелир встретил меня всё с той же дружелюбной улыбкой. Поприветствовали друг друга крепким рукопожатием, прошли на кухню, где мне продемонстрировали два великолепных изделия на лоскуте чёрного бархата.
Оба браслета были стилизованы под мои, но более изящные, и янтарь — чуть меньше размером. Забрал браслеты, рассчитался, поблагодарил за проделанную работу.
От Станислава поехал в гараж — изготовить заживляющую мазь и зарядить мазь для похудения. Разгрузил купленные ингредиенты, разложил по стеллажам. Коробку с пустыми баночками задвинул под верстак, стопку пакетов отправил к ингредиентам на полку.