– И что?
– А что они хотят на мне миллионы заработать?
– Ты опять?
– Хорошо. Больше не буду!
– Вот погоди, помолчи пять минут, дослушай хотя бы раз. Ты же хочешь книгу?
– Хочу.
– Джуна, дорогая, любимая моя Джуна. Верь мне. Просто верь. По той простой причине, что я тебя люблю. Веришь?
– Верю.
– Книга – это ведь не только Джуна и ее интеллектуальная собственность. Если ты читаешь свои стихи на своей кухне Савицкой – это только твоя поэзия. Но если ты хочешь получить книгу – ты вступаешь в товарно-денежные отношения. Книга – это перевод рукописи из печатного текста в цифру. Это редактура. Корректура. Это верстка. Это бумага. Это кабинеты издательства. Это юридические договора. Утверждение макета у потенциального инвестора. Это сети продаж. Это реклама. Это типография. Это грузчики и водители транспорта, наконец, это складские помещения. Это магазины…
– Хватит! – прервала Джуна. – Я же сказала, больше бузить не буду. Шубу забери. Все равно не надену.
Однако Джуна умирала от любопытства, шубу примерила. Стала похожей на смешного сутулого горца.
– Подаришь кому-нибудь.
– Хорошо, – согласилась Джуна, – документы забери, а папочку оставь. Красивая папочка. И за журналы спасибо. Пусть еще пришлют.
На виски она не обратила внимания, приняла как дань.
И тут случилось то, ради чего вообще стоило «копья метать».
– Свет! Ну скажи, какая у нас классная книга получилась! Всем так нравится! Скажи, что картины там красивые! И рамки! И все! И цвет!
– Вся в золоте! В коробке, – подхватила я.
– Лучше ни у кого нет! Это лучшая моя книга! И притчи! Свет, скажи, что тебе мои притчи нравятся!
– Если бы не нравились, ты бы меня здесь не видела.
– Скажи, что нравятся!
– Нравятся! Очень нравятся!
– Скажи, Свет, мои картины самые лучшие. Никас – не художник! И притчи самые лучшие!
– Ну ты же решишь, что мое мнение неадекватно.
– А я хочу от тебя обо мне именно неадекватного мнения! Ты когда-нибудь поймешь это, пис-сатель?
Так мы помирились. И больше не ссорились.
Уже на следующий день она звонила и просила о чем-нибудь. О чем – даже не важно. О какой-нибудь ерунде и всегда добавляла:
– Светочка, ну я же так тебя люблю! Когда придешь?
– Не знаю. Работы много, – я дистанцировалась, не смея нарушать блаженный мир с моей сумасшедшей волшебницей.
У меня написано более пятисот сказок и притч. Они, как нерожденные дети, вьются над головою, ища выход. А когда я вывожу дивные истории на бумагу, сказки оставляют меня в покое.
Но одна из них – быль. Она называется «Макс-инопланетянин» и в точности описывает странного человека с очень светлыми голубыми глазами, можно даже сказать, белесыми, который и рассказал мне историю своей потусторонней жизни.
Он горячо утверждал, что раньше жил на планете Эфиар, это самая богатая и цивилизованная планета системы Панзера. Ему было 927 лет, у него были жена Джуна и дочь Юна. Вместе с роботом Бладекропом они полетели на Марс за бриллиантином и на Землю – добыть полосатых кошек для зоопарка Зереса, брата Джуны, коварного врага семьи. В сказке интересен момент, когда Джуна для него на могиле делает памятник из золота, то есть является скульптором. Вступает в схватку с тиграми – то есть она боец. Враждует с братом. То есть, возможно, если предположить, что история не просто пришла ко мне, возможны какие-то пресечения жизненных циклов.
Сказка помещена в Интернете, три раза публиковалась в разных сборниках.
Один из них я подарила Джуне.
Случайно-неслучайное совпадение имен и событий ее позабавило.
Иногда приходится верить в приметы. В знаки судьбы. Например, один человек с течением обстоятельств надолго исчезает из моей жизни. Потом он должен появиться. И я перед знаковой встречей вижу его «голограммы» – несколько людей, сильно похожих на этого человека. Или вдруг вспоминаю его несколько раз в день… или смотрю на телефон и знаю, кто сейчас мне позвонит.
Эти явления телепатии как-то научно называются. Но я не знаю как.
Мой вопрос к Джуне о ее дочери был вызван странными знаками Москвы.
Год примерно назад я торопилась к ней по срочному вызову. По дороге в метро увидела длинноногую девочку с вьющимися длинными каштановыми волосами, лет пяти, очень похожую на Джуну. Девочка улыбнулась и проводила меня долгим взглядом.
