Джутовая маска полностью

― Ну… холщовым. Он носил его подобно маске, за которой прячут лицо. Вот только у маски этой не было прорезей для глаз. Однако человеку это не мешало. Он преследовал меня… Точнее… Он преследовал кого-то, кем я был во сне. Знаю, что я не был собой.

― Откуда ты это знаешь?

Он хмуро посмотрел на нее и пожал плечами.

― Не смогу объяснить. Так бывает только во сне: ты просто знаешь что-то, даже если не видишь.

― И чем все закончилось? Тебе… или тому, кем ты был, удалось убежать?

На этот раз Савин только коротко мотнул головой.

― Он настиг меня, накинул что-то сверху… Кажется, тоже мешок какой-то… И задушил. Ну, задушил бы, если бы я не проснулся. Клянусь, первые секунды даже горлу было больно, как будто меня действительно душили. Думал, синяки останутся, но обошлось.

― И ты полагаешь, что это вещий сон? ― осторожно уточнила Диана.

Вместо ответа, он достал из кармана смартфон, несколько раз ткнул пальцем в экран и показал ей.

― Сегодня я почти не спал, утром серфил в интернете, и мне попалась на глаза эта новость.

Диана взяла его смартфон и вчиталась в открытую заметку. В ней рассказывалось о найденном на берегу реки, в лесополосе, трупе задушенной женщины. Статью иллюстрировало фото с места преступления: тело погибшей с холщовым мешком на голове. Никаких версий и внятных деталей, но было понятно, что убийство произошло в ту же ночь, когда Савину, по его словам, приснился реалистичный кошмар.

― Думаешь, ты видел это убийство? ― поинтересовалась Диана, возвращая ему смартфон.

К ее удивлению, Савин снова отрицательно покачал головой.

― Здесь убита женщина. А во сне я был мужчиной, как и в жизни. Я видел не это убийство. Я видел такое же убийство.

― И ты приехал, чтобы выяснить, кто погибает в твоем сне?

― Да сам не знаю, зачем я приехал! ― в сердцах воскликнул он, привлекая внимание проходящей мимо парочки, что заставило его понизить голос, прежде чем продолжить. ― Это просто рефлекс какой-то. Мне снится загадочная хрень ― и я еду в Шелково, на Медвежье озеро, чтобы влипнуть в опасную историю. Сам не знаю зачем.

Савин тяжело вздохнул и добавил уже совсем едва слышно:

― Но каждый раз, когда так делаю, я узнаю что-то о Софии или о том дне, когда она исчезла. Может, что-то всплывет и сейчас. Во всяком случае, я на это надеюсь. Ты тогда сказала, что, если я вернусь и мне нужна будет помощь, я могу позвонить тебе. Вот я и позвонил. Потому что, если честно, я понятия не имею, с чего начать. Есть идеи?

Диана сделала еще один глоток капучино, давая себе время на размышления, и уверенно кивнула.

― Да, есть кое-что.

3 июня, четверг

Медвежье озеро

О необходимости заехать в отделение и забрать медальон, который следовало отдать Юле, вспомнил Соболев. Карпатский слишком сосредоточился на том, что проклятое Медвежье озеро, в котором десять лет назад утонула его дочь, не хочет его отпускать. Прежде он приезжал сюда раз в год или два из-за разных инцидентов, но за последние пару месяцев случилось уже третье преступление, так или иначе связанное с этим местом. И даже не столько с самим озером, сколько с недавно открытой на нем гостиницей.

И Соболев еще пытается убедить его, что хозяева никак не связаны с происходящим?!

Атмосфера на Медвежьем озере как всегда казалась безмятежной. Хорошая погода, небольшое количество постояльцев, тихо проводящих день на берегу. Никто пока не купался, конечно: вода здесь и так частенько остается холодной даже в сильную жару, прогревается только мелководье, но сейчас и по колено входить еще слишком холодно.

Юлию Федорову они обнаружили сразу: в главном холле, за стойкой вместе с администратором. Девушки что-то с интересом рассматривали на мониторе компьютера и переговаривались о только им понятных вещах.

Администратор среагировала на их появление первой: вся как-то подобралась, дежурно приветливо улыбнулась, глядя с интересом и готовностью помочь. Видимо, заезда двоих мужчин в ближайшее время она не ожидала, но не сомневалась, что при необходимости сможет предложить подходящую комнату или даже две.

Федорова сразу их узнала и вместо приветствия хмуро спросила, глядя в основном на Карпатского:

― Опять вы? Что еще вам от меня нужно?

Судя по выражению лица стоящей рядом девушки, хозяйка редко позволяла себе подобный тон.

― Привет, Юль, ― нарочито бодро улыбнулся Соболев и кивнул на Карпатского. ― Ладно он, но разве я не заслужил более теплой встречи?

Ее лицо смягчилось, на губах появилась чуть виноватая улыбка.

― Привет.

Это прозвучало почти радушно. И поскольку Карпатский остановился на полпути, Федорова смогла полностью переключить внимание на Соболева. Тот подошел к стойке и положил на ее поверхность маленький пакетик с бывшей уликой.

― Вот, хотим отдать тебе это. Дело закрыто, медальон никакой ценности для него не представляет, так что возвращаем хозяйке.

― Мне? ― настороженно уточнила Федорова, не торопясь брать вещицу.

― Ну, поскольку некто просил передать его тебе, то да. Ты считаешься владелицей.

― И что мне с ним делать?

Соболев пожал плечами.

― Да что хочешь. Хоть выброси…