Стоя на мостике корабля Мудрецов, я смотрел на инфоэкраны, передающие обстановку с поверхности нашей планеты: пылающие города и тела сородичей, отдавших свои жизни, следуя приказам своих лидеров. Тела Воинов, что были уверены в своей победе, но разделили участь боевых машин наших Учёных, обещавших превосходство над врагом в бою.Я дал им шанс, но времени не осталось. Промедлю и погибнут все. Сила, что текла по венам моего тела, объединилась с той, что всё это время копилась на корабле благодаря Мудрецам. Получив команду и разрешение, она дала жизнь плетению, чтобы поставить точку в войне и истории расы наших врагов.Вытянутая рука, что указывала цель плетению, обратилась в пепел, а после лишившееся сил тело рухнуло на колени. Последним, что предстало перед моим взором, было лицо наставника и друга, что не оставлял меня всю эту жизнь. Друга, что собирался спасти мой эфирный дух, погрузив его в долгий сон до времён, когда сераткхим вновь понадобится моя сила.
«Тьма. Сколь долго ею я окружён? Вечность для моего сознания и, возможно, лишь миг для тех, кто находится вне моей темницы. Камень, что должен сохранять моё сознание, обрёк его на мучения. Вечность в холодной пустоте. Вечность в раздумьях на тему, что это наказание за попытку моего народа обмануть смерть. Или сия кара уготована лишь мне? Сколько раз я об этом уже думал? Кажется…»
От череды бесконечных мыслей меня отвлёк свет. Голубой, манящий свет чистого эфира, несущий с собой свободу. Свободу мне! Наконец-то!
— Кхаа. Тардум акхе… — язык не слушался и вместо слов выдал лишь звуки, издали похожие на речь.
Глаза фокусировались на объектах, спешно исследуя незнакомое мне окружение и передавая пространство, окружающее меня, сознанию. Однако последнее с трудом справлялось с обработкой всей информации из-за долгого пребывания в беспросветной пустоте. Странные, непонятные запахи и ощущение холода, пощипывающего тело. Ощущения, что доселе я испытывал совсем иначе. Кажется, первый шок прошёл, и я начинаю понимать, что всё не так, как должно быть. Или не должно?.. Сколь разрушительно оказалось пребывание в камне?
Незнакомые мне существа с гладкой белой кожей, на которой абсолютно не было чешуек, наблюдали за мной, переговариваясь о чём-то на незнакомом мне языке. Морда одного из них заросла волосяным покровом, как и голова? Где я?! Разум наконец перешёл от потрясений и дал мне первые ответы. Комната с множеством инфоэкранов, на которых мерцали неведомые символы, походила на обитель наших учёных умов, равно как и одеяния представителей неизвестной мне расы. Но среди всей этой неразберихи было то, что вело меня всю мою жизнь. Эфир. Он пронизывал всё сущее, как и прежде, во времена, когда я жил, а не существовал в камне, ожидая участи, уготованной мне в конце вечности. Забвение или свобода. Камень более не держит меня. А с остальным… Я разберусь силой, дарованной моему народу.
Эфир с привычной лёгкостью откликнулся на мой зов, наполняя тщедушное тело, после чего я смог почувствовать огромные запасы энергии в углу помещения. Пара волосатых инопланетян не спешили действовать, переговариваясь и наблюдая за мной. Но узнав, что я коснулся эфира, их голоса зазвучали громче, тогда как я, почувствовав в них панику, оскалился. Послав первую волну силы по телу, дёрнулся, чтобы встать с койки. Нет. Дёрнулся, чтобы понять, что скован по своим лишённым и намёка на чешуйки рукам и ногам. Моя раса, конечно, утратила большую их часть в ходе эволюции, но небольшое количество оставалось на коже для защиты и сохранения температуры. Стоп. Я?.. Нет… Меня поместили не в тело Сераткхим!
— Дзару… — вкладывая в голос свою нарастающую ярость, я попытался обругать тех, кто посмел поступить так со мной.
Но орган, шевелящийся вместо привычного мне языка во рту, не был способен выдать и пары связных слов наречия моего народа. А волосатики, кажется, осознали моё недовольство и даже приняли меры. По их велению в мою сторону направился кусок железа, похожий на руки-манипуляторы роботов моего народа. На этом моё терпение лопнуло. А поток эфира, что хранился в их запасах, иссяк, наполнив моё новое… тело силой. Разум же, получив команду, активировал первую эфирную технику, которую обязан освоить каждый Сераткхим, желающий стать воином. Голубоватая энергия потекла по моему телу, а я наконец почувствовал в руках хотя бы малую часть той силы, что позволяла мне называть себя воином.
Новая попытка освободиться, сопровождаемая неприятной болью, прошла удачнее. Рука, разорвав путы, вцепилась в металлический манипулятор и, сжав его, попыталась сломать. Да какой же слабак! В ярости надавил сильнее, добавляя порцию эфира в правую руку, что наконец-то сумела побороть моего первого противника и отломать его часть. Покрепче ухватившись за край детали, я применил новое импровизированное оружие против цели с волосяным покровом на лице. Судя по тому, как нелепо он попытался увернуться и рухнул на пол после встречи его головы с обломком, слабость — черта, присущая всей их расе.
Второй представитель выглядел ещё более хрупким. Он предпринял попытку сбежать. Однако она не увенчалась успехом. То, что, по-видимому, являлось проходом, не открылось. Волосатик в панике забарабанил руками, что-то крича. Я же не спеша освободился от оков, удерживающих моё тело на койке, и направился в сторону виновника моего пробуждения. Но, если честно, я благодарен за свободу, хоть она и может оказаться хуже, чем вечное пребывание в ледяной бесконечной темноте. Отплачу им за свободу, даруя быструю смерть. Рывком оказавшись рядом с волосатым гладкокожим инопланетянином, я оборвал его жизнь, одним ударом руки вмяв голову наблюдателя в стену. Или не стену? Это, наверное, арка прохода или дверь. Стоило мне лишить жизни запертого со мной в темнице существа, как освещение сменилось на красное, а по органам, что отвечали у этой расы за слух, ударил неприятный громкий звук. Похоже на тревогу. Во всяком случае, к такому выводу я пришёл, основываясь на своём опыте.