Она не знала пока, как это сделает, но была уверена, что теперь, когда она, более или менее, понимает, как работает магия народа джа, ей удастся повторить некоторые вещи без магии. Электричество — оно электричество и есть. Можно воздействовать на него магией, а можно, наверное, и без неё. Возьмёт время, чтобы изучить, понять и воспроизвести, но миллиарды? Миллиарды и база в другом мире — это крайне серьёзно!
«Трис это оценит!»
— Хорошо, — сказала она вслух. — Я поняла. Попробую с этим разобраться, но, сами понимаете, это возьмёт время, и я не знаю, сколько именно. Однако теперь мне точно нужны книги по физике.
— Раз есть электричество, дадим тебе комп, — счастливо улыбнулась Вероника. — Я завтра же соберу тебе библиотеку… Не я сама, как, наверное, догадываешься, но есть у меня кого попросить. И тогда уже лекции корифеев в придачу. Видео-лекции!
«Видео-лекции? — сообразила Габи. — Ага-ага! Это же, как фильм, только вместо актера профессор на кафедре!»
— Ну, тогда я ещё немного обнаглею, — сказала она вслух.
— Наглей, — с улыбкой предложил Василий.
— Анатомия и физиология человека, болезни, работа мозга.
— Ого! — подняла брови Вероника. — Ты что целительством занимаешься?
— Учусь понемногу, — ушла Габи от прямого ответа. — А ещё мне нужны книги по психиатрии и нервным болезням.
— Нейрофизиология, — кивнула Вероника. — И нейропсихиатрия…
Антверпен встретил их холодным дождем: сильный ветер с моря и ледяной ливень с небес. Скверная погода, совершенно неподходящая для авиации. Пилотам удалось посадить самолет только потому, что один из них был магом Воздуха, а другой — Воды. Вместе они совладали со стихией, а, когда «Storm petrel»[110] остановился в самом конце взлетно-посадочной полосы, к нему уже выруливал герцогский кортеж. Машины остановились так, чтобы пассажирам самолета нужно было только спуститься по трапу, а у открытой двери автомобиля, украшенного герцогской короной, их ожидал слуга с большим черным зонтиком. Однако Зандер решил сам позаботиться о своей женщине. Дар стихии Воды — а у него был Борисфен выше девятого ранга, — позволял это сделать с легкостью и изяществом. Поэтому, покинув салон самолета, не только он и Анаис, но также четверо их слуг достигли автомобилей кортежа, что называется, не замочив ног.
— Надеюсь, ты не волнуешься, — шепнула ему Анаис, когда они уже сидели в авто.
— Не более, чем ты вчера, — вернул ей мяч Зандер.
Вчера была её очередь волноваться, потому что это был её первый визит в его дом. В родительский дом — палаццо Ноэн, если быть точным. Ну, а сегодня его день, поскольку с её родителями Зандер тоже прежде не встречался.
— Я вчера… — Улыбнулась ему Анаис. — Ты сегодня… Отец наверняка спросит тебя о том, отчего ты вышел в свет только с началом Турнира.
Это был интересный вопрос. В последнее время его часто об этом спрашивали, но Зандер правду рассказать не мог, — да и не хотел, — и поэтому отделывался шутками. Даже Анаис до сих пор не получила ответа ни на один подобного рода вопрос. Но при этом она согласилась выйти за него замуж, — купила кота в мешке, — и, значит, настало время ей что-нибудь рассказать. Не все, разумеется, и не всю правду, а сильно облегченную версию событий, но все-таки за Зандером рассказ. Так почему бы не сейчас в салоне машины, перед тем, как рассказать эту же историю её семье?
— Видишь ли, — сказал он, обернувшись к Анаис, — если спросить моих отца, мать и старшего брата, но не так, как это было вчера, — вчера, ты же понимаешь, главное было соблюсти политес, — а в обстановке, располагающей к откровенности, они скажут, что я рос нелюдимым, замкнутым мальчиком. Чурался детских игр, был неприветлив и не обходителен со старшими и в добавок плохо учился. Учеба? Что ж, по общему мнению, я был ленив и несообразителен, можно сказать, туповат… В общем, в какой-то момент, отчаявшись сделать из меня человека, родители махнули на меня рукой и оставили в покое.
— Как-то непохоже на тебя… осторожно заметила Анаис. Похоже, была шокирована его откровениями, но и за правду принять не могла.
