Наставником Иван оказался замечательным. Объяснял доступно, показывал понятно, программу нам подробную опять же расписал. Вот только не покидало чувство, что каждый спарринг он провоцировал увеличить градус и ставки. То врежет чуть ли не до травмы, то сам подставился едва ли не под калечащий выпад. Каждый раз по грани, весьма бережно, но недвусмысленно регулярно.
Он не был непобедимым сверхчеловеком, по которому невозможно попасть. Иван не имел тело камня и не любил испытывать боль, но с завидным упорством провоцировал психануть и начать его щемить, отключив боль и выкрутив регенерацию на полную. Я же всё это время хранил свой секрет Полишинеля и на провокации не поддавался. Раньше... А сейчас вот представил его наглую лицо, вспомнил, что он из армейцев, что долгое время скрывал от порядочных друзей всякое там. Вспомнил и решил отблагодарить за переживания и поддержку таким вот нехитрым способом.
В общем, я молодец. И вы знаете? Мне понравилось! Более-менее сопоставимые физические данные после перехода на новую ступень адепта, скорость анализа, подсказки альтер эго, всё это в совокупности сделало своё дело. Да, о чем это я, биться на равных на пределе возможностей, побеждать более сильных соперников и видеть, как исчезают улыбочки со слишком уж самоуверенных лиц — это кайф.
Возможно, что действительно интересно было только первые десять минут, а у товарища теперь свербит в одном месте от желания продолжения банкета. Наверное, регулировать скорость исцеления соперника не самый честный приём для дружеского спарринга. Не исключено, что инородные металлические объекты, стремящиеся накромсать мою бедную многострадальную тушку тонкими полосками, при чрезмерном отлынивании от обязанностей полевого врачевателя были справедливым итогом.
Тем не менее через пол часика непрерывного спарринга пришёл к выводу, что протестировал физические возможности на приемлемом уровне и… Нет, попыток словами достучаться до его разума было больше одной, честно. А потом отключил обезболивание. Но устыдился, реанимировал остановившееся сердце и оживил товарища. В общим, все, кто в сознании и способен высказывать личное мнение, остались довольны. Тарас только почему-то мотает головой и обречённо вздыхает. Но он тоже рад меня видеть, уверен.
- Ты как? – ответил на рукопожатие вечно молчаливый здоровяк.
- Вроде, всё ещё не свихнулся. Хотя был на гране, если честно.
- Оно того стоило?
- Да, - ни секунды не раздумывая ответил я.
Хотелось сказать, что воспринимаю тех, кто не достиг адептов на пути эволюции и самого себя старого чуть ли не как инвалидов, но перемигнулся с альтер эго и промолчал. Всё у них ещё впереди. А своим товарищам я чем смогу- помогу.
- Он ведь от тебя теперь не отстанет, - кивнул здоровяк на Ивана.
- Нужно найти ему такого же фанатика и пусть резвятся. Лишь бы на пользу шло. Лучше расскажи, долго моя тушка без сознания валялась, и как тут в целом дела обстоят, что новенького?
- Пару дней, - пожал плечами Тарас и протянул термос с ароматным горячим чаем. По одному лишь густому запаху явственно чувствую, что сладким и вкусным. – Но похудел, будто месяц голодом морили. Вокруг все друг с другом воюют и в тоже время особо никто не высовывается.
- Это как так?
- Вроде как основные игроки молчаливо поделили территории, а выжившие одиночки послабее пируют на остатках друг друга и не высовываются лишний раз. Каждый переваривает добытый кусок, вот и спокойно всё. Но это мне так видится, а как там на самом деле, да кто ж его знает.
- Главное у нас всё тихо? Никому больше особнячок не показался интересным?
- Нет, вроде-бы, твои новые друзья сюда на километр никого не пускают.
- Ага, прямо вот мои они! Ещё что ляпнешь?
- Нууу, так народ болтает. Мол ты типа дипломата и от человечества с империей цветов всяких договариваешься.
- Какой ещё народ откуда тут взялся? И вообще, ты же сам с нами был, когда эта каша заварилась, – не понял я.
- Так база. Оплот человечества местный, - пожал плечами здоровяк немного смутившись. – Есть у меня там пара знакомцев, они и болтают. Да все об этом последнее время говорят.
- Зашибись! Я теперь ещё и крайний при растительной экспансии.
- Ну, как бы да, не всем по душе союзы с нелюдью. Но есть и те, кто одобряет.
- Угу, прям полегчало.
- Вот и хорошо. Всегда пожалуйста.
- Типа сарказм.
- Да пофигу, обращайся, - хлопнул меня по плечу дружище.
- Ну, хоть чай у тебя хороший.
-Ага, – кивнул Тарас.
- Ну, так-то да. Можно даже сказать, что почти как пиво, только чай. Кстати, вот ты когда-нибудь слышал об африканском пиве фиджийту? Говорят, что после него начинаешь видеть цвета, о существовании которых раньше и подумать не мог. Употребление пива сродни озарению, вот что такое лучший чай!
- И где они, африканцы эти твои? – спросил он, потянувшись рукой к термосу.
- Там, - уверенно кивнул я, уловив намёк и придвинув посуду к себе поближе. – А ты тут, и термос твой, и рука у тебя тяжелая. И вообще, широкой души ты человек, дружище. Кстати, а пожрать есть чего? Раз уж с алкашкой не богато.