Негатив и страх мы испытываем с рождения: «Это страшный мир, Джимми. Не смей разговаривать с незнакомцами. Не смей распевать эту глупую песню в магазине. Кто-то может услышать!»
Мы познаем ограничения. Мы учимся верить в дефицит. Мы узнаём, что наша естественная склонность любить, творить и танцевать – непрактична и безумна.
Наши родители считают своим долгом научить нас быть осторожными, ответственными, вести себя как взрослые люди. Если по какой-то причине нам повезло и родители подобное не практикуют, социум быстро внушает нам веру в то, что цель нашей жизни – накопление вещей, «собирательство», а единственный способ получить что-то по-настоящему стоящее – упорно работать. Уже в начальной школе мы становимся мастерами по разного рода соревнованиям, профессиональными трусами, бывалыми «дефицитниками».
Но… угадайте что? Все это – большая уловка, плохая привычка. Как ясно сказано в «Курсе чудес»:
«Развивая систему мышления любого рода, вы начинаете жить по ней и сами ее настраиваете».
Формируя веру, вы привязываете к ней свои чувства и свою жизнь, чтобы она не исчезла.
Физики называют это явление «коллапсом волны». Бесконечное число квантовых частиц находится в универсальном поле, танцующем вокруг, распространяющемся посредством волны. В тот момент, когда кто-то смотрит на эти энергетические волны, они застывают, как желатин в холодильнике. Вы смотрите на них, и это заставляет их казаться твердыми, реальными, материальными.
Помните эпизод из диснеевской «Белоснежки», когда она лежит на траве в лесу и плачет? Белоснежка чувствует, что на нее кто-то смотрит. И действительно, вокруг десятки лесных существ, все они в движении. Но в тот момент, когда она поднимает голову, чтобы на них взглянуть, все эти милые маленькие птички, белки и олени скрываются за деревьями. Все, что она может видеть, – это сплошной неподвижный лес.
В действительности наша вселенная – это движущееся, рассеивающее энергетическое поле. Его возможности бесконечны, но, поскольку наши глаза сосредоточены на проблемах, именно проблемы и становятся реальными.
Ты не вырвешься, пока не осознаешь, что сам выковал цепи, которые связывают тебя.
В 1970 году Колин Блейкмор и Дж. Ф. Купер, ученые из Кембриджского университета, провели увлекательный эксперимент с котятами. Видимо, это было до того, как активисты по защите прав животных вступили в свои права, потому что экспериментаторы лишили животных света.
Котята сидели в темноте за исключением часа или двух, когда им позволяли видеть, – этого было достаточно, чтобы рассмотреть пару вертикальных черно-белых полос. Вот и все. Пара часов, пара полосок.
Я не знаю, проснулась в ученых совесть, или какой-то предшественник организации PETA[63] начал с ними борьбу, но через несколько месяцев они выпустили котят из темноты и обнаружили, что кортикальные клетки, которые отвечали за различение горизонтально-ориентированных объектов, впали в спячку. Для тех, кто с научными терминами не знаком, поясняю: животные больше не могли различать горизонтальные линии. Они буквально натыкались на веревки, которые были натянуты поперек.
В 1961 году, когда антрополог Колин Тернбулл[64] изучал пигмеев[65], он вывел один «предмет изучения» за пределы леса, где тот жил. Поскольку пигмей никогда не видел широких, открытых равнин, чувство глубины у него пошло по тому же пути, что и у котят. Тернбулл указал на стадо буйволов на значительном расстоянии, и пигмей, чье восприятие глубины было искажено, отказался в это верить. «Это муравьи», – настаивал он.
Как мыслящие существа мы постоянно пытаемся осмыслить наш мир. Хорошая штука, верно? За исключением того, что мы изменяем любую информацию, которая не подходит под наши убеждения, причем сами того не замечая.
Мы будем сжимать и деформировать информацию до тех пор, пока она окончательно не уместится в тесную коробочку нашей ограниченной системы убеждений.
Мы думаем, будто то, что воспринимаем своими органами чувств, – правда, но факт в том, что я буду продолжать вдалбливать вам в голову… половину одной миллионной процента реальности.
