Подготовка к жизни «по ту сторону». Главным атрибутом и мерилом добродетели выступают мешочки со звонкими монетками Paradise. А местом действия является облачное пространство под названием Эдельвейс.Чтобы попасть из одной формы бытия в другую нужно пройти небольшое собеседование, в котором есть председательский совет во главе со Стольцем. Он взвешивает драгоценные монетки и определяет сущностям их дальнейший путь.
Деятельность номер два или три. На стенах красуются волшебные картинки эпохи позднего крученного ренессанса, а на окнах пестреют самодельные фонарики, в которых потихоньку горит розовый свет. Гирлянды весело висят на шеях у столешков-председателей, а также и у гостей, чьим присутствием очень рад большой и тонкий Столец.
Зовут его так потому, что он громаден, но извилист, как широкоформатная печать или как ватман помноженный на 20, а то и на 25 размеров кверху.
Наша братия пожаловала сюда для перерасчета копеечек Paradise, вес которых был важен для дальнейшей жизни по «ту сторону». В расчет, умножающий количество копеек, также входили добрые поступки, неожиданные подарки близким, всякие созерцательные практики, проведенные ли под нежащимся солнышком, ли под грозовых облаков покрывалом.
С Paradise понятно, а вот само место, куда нас отослали с землев обетованных, это его махинство Эдельвейс. Не то гора за небесным островом Рая, не то исправительная колония для «несовершеннолетних». Ведь как в одной книге говорилось: «мы все дети для Него».
Некоторые детишки скребут тоской по остывающему прошлому, а некоторые, наоборот, радуются возможности отдохнуть-понабраться сил для дальнейшего пути. А есть ли этот путь на самом деле? Каждому предстоит ответить на этот вопрос самостоятельно.
Ладно это все, нужно двигаться дальше по извилистым густым дорожкам прекрасного Эдельвейса, имя которого было выбрано давнишним слугой Господиниуса Мельфеуса – Траливали. Нас это мало волнует, потому мы просто перешагиваем застывшую статую, проходя бесчисленные белые дверцы, следуя внутреннему зову. Копейкам нужен счет!
Безногих враг и друг нарисовался как раз, когда мы собирались взойти на новый облачный этаж. Страдная семерка некрасиво выпячивала свои конечности к мешочкам с Paradise, но тела наши помотали головами из стороны в сторону, показав осмелевшему вдруг мерзавцу, что забирать чужое нехорошо.
Тут белоснежный с желтым свет стал сильнее нагревать тонкие существа и всю окружающую призрачную породу. Так что мы поняли, Столец уже близко, его кабинет должен быть уже за ближайшим поворотом.
Наша братия столпилась скурилась сгрудилась, а безногих стал жалобно просить милостыню, и мы дали тому одну копеечку. Кабинет с большой и высокой дверью нарисовался прямо перед глазами, и мы решили сразу войти, не размениваясь на вежливость да этикет, ибо слишком долго ожидали взросления.
Как только мы вошли на шеях сразу образовались гирлянды, а председатели встали чтобы поприветствовать новичков. Громкий голос Стольца разукрасил небесный кабинетик:
– Приветствую странных усталых гостей в нашем облачном краю! Свои мешочки можете взять в руки и положить на весы, что расположены у ближайшего стола.
Так и было сделано. Мы послушно воспели тридцатую песню о Восхождении и тут же попадали в светло-розовые кресла, в которых, по обыкновению, восседают все несовершеннолетние. Наша братия расплылась в улыбках, видя, как Столец нежно оглядывает каждого из нас. Председатели тем временем выглядели как бумажные фигурки из вырезайки-раскраски.
Мешочки гремели отменно, пока извилистые большие руки перекладывали копейку к копейке. Пока весы взвешивали, мы смело оглядывали призрачное помещение. Облачные вихри смешно обвивались вокруг и тел, и объектов.
Мы даже чутка поиграли с небесным материалом, выдумывая из недр памяти маленьких человечков, которых потом отпускали в воздушное пространство, чтобы те парили и не знали больше ни о чем. А облачные сверчки кольцами обвивали ничего не подозревающих малюток. Те забавно плыли, с удивлением и непониманием оглядываясь на густой влажный воздух. Ха-ха.
Большой бестец наконец сосчитал наши Paradise и обернулся сказать нам пару ласковых словцов, дабы начать инициацию для дальнейшего пути:
– Ну что ж, друзья, смотрите! – На этих словах Столец рассыпал наши драгоценности по белесому полу, и те рассеялись по разным пространствам, абсолютно не внимая наших душевных веяний.
Бестец продолжил:
– Ваших копеек слишком много и слишком мало одновременно, а это значит, что вашей братии предстоит отпуск на восточной стороне Эдельвейса прекрасного.
Мы несколько замешкались, и наши игрушечные человечки вмиг лопнули, как мысленные пузырьки. Я захотел слов взять, ибо налицо какого-то недоразумения щепотка.
– Вы, уважаемый Столец, верно перепутали что-то, ибо мы все считали и пересчитывали наши дорогие и блестящие Paradise, толсто считая, что этих красоток хватит чтобы добраться до самого теплого, сияющего юга!
Тварец Столец бестец громогласно захохотал, да так, что его тонкое тело заходило словно было соделано из холодца. Наши сущности со страху и неожиданности отпрянули со стульев сразу угодив в извилистый суп старого председателя. Столец продолжал смеяться, смотря как мы барахтаемся в полупрозрачной жиже.
– Верно, вы что-то да напутали, ибо весы наши да счет пальцев моих еще никогда не делал ошибок!
