– А вот увидишь, нянюшка! При доме у нас большой сад, а комнаты в доме даже прохладные.
– Как это могут быть прохладными комнаты в доме, построенном в жарком месте? – спросила нянька. – Или они вырублены в горе, как кельи наших монахов?
– И вовсе нет! У нас особая архитектура. Но не буду рассказывать заранее, приедешь – сама увидишь. Может, тебе так понравится, что ты все же решишь остаться с нами.
Фотиния на это ничего не ответила, но и Евфимия промолчала, из чего Нонна сделала заключение, что не все еще потеряно и, может быть, все же удастся уговорить Алариха не брать с собой старушку в трудный поход на Фригию, а оставить ее в Харране. Очень уж хотелось умной женщине приобрести для внука такую преданную няньку!
Хорошо, что дорогу часто пересекали водные потоки: в таких местах делали короткие остановки, поили лошадей, давали им передохнуть – и сами отдыхали. Женщины выходили размяться от долгого сидения, а мужчины, спешившись, ложились в тени и вытягивали ноги.
После первого же короткого привала Евфимия выразила желание остальную часть дороги проехать верхом на муле – для тренировки. Аларих велел рабу Авену оседлать мула, тот достал из поклажи легкое женское седло, и скоро довольная Евфимия уже ехала рядом с мужем.
По дороге попадались изредка небольшие селения. Аларих показал Евфимии какие-то странные конические сооружения над глиняными заборами.
– Знаешь, что это такое?
– Нет. Похоже на какие-то великанские ульи.
– Это и есть знаменитые харранские дома-ульи.
– Как же в них люди живут?
– А вот приедешь в Харран и посмотришь.
– А ты видел их раньше?
– Конечно, видел. Я не первый раз бываю в этих краях и знаю тут все достопримечательности. В Харране есть на что посмотреть.
– А что именно? Можешь рассказать заранее, чтобы я могла выбрать, что хочу увидеть первым? – лукаво спросила Евфимия.
– Хитрый Зяблик. Ты просто соскучилась, сидя в повозке с женщинами и младенцем, и теперь хочешь, чтобы я тебя развлекал?
– Да, хочу!
– Это приказ владычицы моего сердца?
– Да!
– Ну, приказы повелителей не обсуждаются, – засмеялся Аларих. – А ну-ка давай сюда! – он наклонился с седла, подхватил поводья мула и притянул его к боку своего коня. Мул покорился, а конь недовольно, с явным презрением покосился на него. Аларих протянул руки и легко пересадил Евфимию на колени. – Вот так, по-моему, нам будет удобнее разговаривать. Первое, что ты увидишь, когда мы подъедем к городу, будет Харранская крепость, которую эфталиты так и не смогли взять. В ней же был убит самый богатый человек мира, римский полководец Марк Красс[57]. Здесь он положил двадцать тысяч легионеров и сам тоже погиб. Говорят, парфяне залили ему в глотку расплавленное золото. Так что эта крепость, наверное, самая главная достопримечательность города и его гордость.
– А я думаю, что это не совсем так, – покачала головой Евфимия, – в этом городе родился и умер Фара, отец патриарха Авраама. И сам Авраам тоже жил в Харране.
– Разве не в Эдессе? – удивился Аларих.
– В Эдессе он родился и довольно долго жил. Но именно из Харрана он двинулся в Землю обетованную.
– Эдесситке и дочери диакониссы, конечно, виднее. Наверняка ты лучше все знаешь про Авраама, тем более что он родился в Эдессе. Хотя родиться – это еще не главное событие в жизни мужчины.
– А какое же событие главное?
– Встретить свою любовь!
– И Авраам ее встретил.
– Конечно: он встретил Сарру.
– И встретил ее Авраам в Уре, как тогда называлась наша Эдесса[58]. Мне это мама еще в детстве рассказывала.
– А может быть, она рассказывала тебе, что Авраам и Сарра совершили точно такое же путешествие, какое совершаем сейчас мы с тобой: из Эдессы в Харран, по этой самой дороге? Она вымощена римлянами, но кое-где попадаются и очень древние, тысячелетние, плиты: это видно по тому, какие колеи пробили в них за века тяжело груженные повозки. Только у Авраама с Саррой путешествие заняло гораздо больше времени, потому что они совершали его вместе со своими родственниками, со всеми рабами, стадами и пастухами, поэтому по дороге им пришлось, и, может быть, не раз, останавливаться на ночлег. Для ночлега они, конечно, раскидывали шатры. А сейчас я расскажу тебе то, что мама твоя наверняка пропустила.
– Мама пропустила? Сомневаюсь. А ну расскажи!
– Сарра была прекрасна, Авраам без памяти любил ее, и поэтому ночью они потихоньку покидали свой шатер и уходили на берег одного из притоков Евфрата, которые во множестве стекаются в Харранскую долину, и… Знаешь, чем они там занимались?
– Ловили рыбу на завтрак?
– Нет, не угадала.
Евфимия покраснела и спросила застенчиво и почти шепотом:
– Тогда чем же?
– Они предавались любовным утехам под звездами и мечтали о сыне. И звезды сияли над их головами, а луна серебрила прекрасные обнаженные плечи и груди прекрасной Сарры.
Евфимия совсем раскраснелась от смущения и дыхание ее стало прерывистым. Аларих же, лукаво на нее поглядывая и посмеиваясь, продолжал:
– А ты помнишь, сколько лет было Аврааму, когда они покинули Ур и отправились через Харран в Ханаан по велению Бога?
– Нет, не помню. Сколько?
