– Я уже загрузила на нее несколько фотографий вашей семьи. Рамка будет просто показывать их в случайном порядке. Изабелла с Лили обычно играют тут, у дивана?
– Да.
– Отлично. – Эйлин развернула рамку к дивану. – Камера, которая встроена в эту штуку, широкоугольная, так что ты сможешь видеть всю комнату целиком.
– Эйлин…
– Я видела ее на похоронах.
– Кого?
– Вашу няню.
– У семьи Изабеллы с семьей Джо давние связи. Ее мать нянчила Джо. А ее брат их семейный садовник.
– Серьезно?
– У богатых свои причуды, – пожала плечами Майя.
– Все у них не как у нормальных людей.
– Ну да.
– Так ты ей доверяешь?
– Кому? Изабелле?
– Да.
– Ты же меня знаешь, – ответила Майя.
– Ну да. – Эйлин изначально была подругой Клер – их поселили в одну комнату в общежитии колледжа Вассар, – но они очень быстро сдружились все втроем. – Ты вообще никому не доверяешь, Майя.
– Я сформулировала бы это несколько иначе.
– Допустим. Но если речь идет о твоем собственном ребенке?
– Если речь идет о моем собственном ребенке, – призналась Майя, – то да, никому.
– Поэтому я и принесла тебе эту штуковину, – улыбнулась Эйлин. – Послушай, я не считаю, что ты увидишь там что-то неожиданное. Изабелла с виду вполне нормальная.
– Но береженого Бог бережет?
– Именно. Ты просто не представляешь, насколько спокойнее я себя чувствовала с этой штукой, когда оставляла с няней Кайла и Мисси.
Майя задалась вопросом, действительно ли Эйлин использовала камеру исключительно для наблюдения за няней или собирала компромат на кого-то еще, но озвучивать эту мысль не стала.
– У тебя на компьютере есть разъем для карт памяти? – поинтересовалась Эйлин.
– Не знаю точно.
– Не важно. Вот тебе картридер, который вставляется в любой USB-порт. Воткни его в свой ноутбук или в компьютер. Тут нет ничего сложного. Просто вынимаешь вечером карту из рамки – вот тут, видишь?
Майя кивнула.
– Потом вставляешь карту в картридер, и у тебя на экране появляется видео. Карта на тридцать два гига, так что на день ее должно хватить без проблем. Тут есть еще датчик движения, так что, когда в комнате никого нет, запись отключается.
– С ума сойти… – улыбнулась против воли Майя.
– Что? Мы с тобой вдруг резко поменялись ролями и тебе это не нравится?
– Немножко. Я должна была сама об этом подумать.
– Странно, что не подумала.
Майе пришлось опустить глаза, чтобы перехватить взгляд своей невысокой подруги. Сама она была шести футов ростом, а благодаря военной выправке казалась еще выше.
– Ты хоть раз увидела там что-нибудь?
– Ты имеешь в виду что-то такое, чего не должна была увидеть?
– Угу.
– Нет, – покачала головой Эйлин. – И я понимаю, о чем ты думаешь. Он больше не возвращался. И я его не видела.
– Я тебя не сужу.
– Ни капельки?
– Что я была бы за подруга, если бы ни капельки тебя не судила?
Эйлин сделала шаг вперед и обняла Майю. Та ответила подруге тем же. Одно дело – все эти чужаки, пришедшие выразить соболезнования, и совсем другое – Эйлин. Майя поступила в Вассар через год после Клер. Они жили втроем в те беззаботные дни до того, как Майя поступила в военное летное училище в Форт-Ракере, в Алабаме. Эйлин до сих пор оставалась ее лучшим другом, как и Шейн.
– Ты ведь знаешь, что я люблю тебя.
– Знаю, – кивнула Майя.
– Ты точно не хочешь, чтобы я осталась?
– У тебя есть своя семья.
– Ну ладно, – сказала Эйлин и, ткнув большим пальцем в сторону фоторамки, добавила: – Все равно я за тобой приглядываю.
– Смешно.
– Не очень. Но я понимаю, что тебе сейчас нужна передышка. Звони, если что. Да, кстати, об ужине можешь не беспокоиться. Я уже заказала доставку у китайцев из «Лук Си». Через двадцать минут привезут.
– Ты ведь знаешь, что я люблю тебя.
– Угу. – Эйлин двинулась к выходу. – Знаю. – И остановилась как вкопанная. – Ух ты!
– Что такое?
– У тебя гости.
«Гости» оказались заросшим волосами приземистым детективом из отдела по расследованию убийств по имени Роджер Кирс. Он вразвалочку вошел в дом и, оглядевшись по сторонам в бесцеремонной полицейской манере, заключил:
– Неплохой у вас домик.
Майя нахмурилась, даже не пытаясь скрыть раздражение.
В Кирсе было что-то от пещерного человека. Коренастый и крепко сбитый, с короткими, не по росту руками, он принадлежал к той породе людей, которые сразу же после бритья снова выглядят небритыми. Его кустистые брови напоминали гусениц в последней стадии перед окукливанием, а волосы на руках завивались так круто, как будто дело не обошлось без плойки.
– Надеюсь, вы не против, что я заскочил?
– С чего бы мне быть против? – бросила Майя. – А, вас, видимо, смущает, что я вроде как только что похоронила своего мужа?
Кирс изобразил смущение:
– Я отдаю себе отчет в том, что момент не самый удачный.
– Вы так считаете?
– Но завтра вы будете на работе, и потом, когда он вообще выпадает, этот удачный момент?
– Лучше и не скажешь. Чем я могу вам помочь, детектив?
– Не возражаете, если я присяду?
