В тишине пустых квартир
Мы тоскуем о потерянном.
Что жесток к нам этот мир,
Одиночеством навеянный.
В тёмном небе не звезды,
Не живого рядом голоса.
Постарел немного ты,
И седыми стали волосы.
А когда-то был любим
Нежной женщиной доверчивой.
Мир принадлежал двоим,
Только шаг твой опрометчивый
Всё разрушил, всё унёс
В даль ковыльную Смоленщины.
…И седых твоих волос
Не коснуться руки женщины.
Ты ссоришь нас который день подряд,
Пытаясь сделать злейшими врагами.
На все четыре стороны твой яд
Летит, сжигая почву под ногами.
Но ты ошибся в выборе своём.
Мы движемся, и мы всё ближе к дому,
И можем дать теперь уже вдвоём
Отпор достойный хищнику любому!
Мы шли с тобой издалека,
Что б наша состоялась встреча.
Кружили низко облака,
И был безмолвен хмурый вечер.
Не грел намокший воротник,
Печально в парке лист кружился.
Тропинкой под ноги ложился
Желанной встречи каждый миг.
И в замирании души
Рождалась искра страсти нежной,
Для встречи нашей неизбежной,
Ни перед кем не согрешив.
Жизнь, словно горная река,
В которой может всё случиться.
…Мы шли с тобой издалека,
Что б никогда не разлучиться.
Август. Дождик опять идёт,
Пеленой небеса качает.
Пишешь, скоро нас встреча ждёт,
Только я всё-равно скучаю.
Мне бы облаком до тебя…
Мне бы ветром к твоим ресницам…
И о прожитом не скорбя
В волосах твоих раствориться.
Как же дорог мне голос твой,
Колокольчиком слух лаская,
И шаги шелестят листвой,
В сердце нежностью проникая!
А я везучий и счастливый что ли,
Накрыло счастье тёплою волной.
Ведь женщина, любимая до боли,
Сейчас идёт по городу со мной.
Глаза ликуют, кончилась разлука!
Ты бесконечно что-то говоришь,
И осторожно взяв меня под руку,
Счастливою улыбкою горишь.
Нам город улыбается навстречу,
Над Мурманском шумит морской прибой.
И в этот славный заполярный вечер
Мы самые счастливые с тобой…
Мы в эту ночь поверим в чудеса.
Едва услышав:"Милый, жизнь прекрасна!"
И медленно взлетаем в небеса,
Телами растворяясь в неге страстной.
Любви прекрасней в мире не найти,
Дарованной нам свыше, как награду.
Мы уберём отныне все преграды,
Которые воздвигли на пути.
Любовь, как щит прикроет от беды,
Тропою тайной выводя из круга,
И мы с тобой сотрём свои следы,
Что удалялись раньше друг от друга…
Да, незаметно время протекло,
Безжалостно перемешав все даты.
Стучится дождь в оконное стекло,
И затихает в струйках седоватых.
Промокнув, ты на остановке ждёшь,
Судьба опять подбросила свой ребус,
Но всё напутал этот чёртов дождь,
И задержался, как всегда троллейбус!
Вот только время замедляет бег,
А ты торопишь, обращаясь к Богу,
Ведь дома ждёт любимый человек,
И чайник закипает понемногу.
Там хорошо, там сухо и тепло,
Плед шерстяной покоится на стуле,
Стучится дождь в оконное стекло,
Да ходики от тишины взгрустнули.
Дождь в лесу – там гремит гроза,
Филин, съёжившись, смотрит косо.
А я вижу твои глаза
На разводьях речного плёса.
И природа уже не та:
Гнутся травы в сырых расцветках,
А мне чудится теплота
Рук твоих на сосновых ветках.
Сердцу хочется в высоту,
Что б увидеть, как отраженье
Земляничную красоту,
Сладких губ твоих продолженье.
А потом, как пройдёт гроза,
Не замечу в пылу запала,
Как с печалью твоя слеза,
Вдруг на землю с дождём упала.
Лето дарит в лучах переливом июльскую гроздь,
Птичьей трелью в лесу не стихают мажорные ноты.
Знаешь, это для нас в жаркий полдень вдруг падает дождь.
Говорят, что «слепой», только в это не верится что-то.
Я однажды нашёл моим ангелом скрытый тайник,
Где хранилась любовь в ожиданье своём уязвимом.
Понимаешь, душа – мой единственный в жизни дневник,
Где единой строкой я когда-то вписал твоё имя.
Где-то там, в глубине бесконечности прожитых лет
Кто-то первым познал, как прекрасны сердечные музы.
Мы с тобой влюблены уже целую тысячу лет,
И нельзя разорвать, наши богом скреплённые узы.
Видишь, птицы кружат над заросшим осокой прудом,
И они каждый год вьют свои бесконечные гнёзда.
Ну, а мы навсегда свой надёжный построили дом.
… Знаешь, это для нас с неба падают яркие звёзды.
Ты со мной каждый день и час,
Годы-птицы так быстро мчатся!
И не верится мне сейчас,
Что могли мы не повстречаться.
Сколько времени утекло,
С нашей первой ямальской стужи.
А ладоней твоих тепло
До сих пор согревает душу.
Ведь другого нам не дано,
Пусть мы смертны, но счастье вечно!
Я болею тобой давно
Безнадёжно и бесконечно.
Боль нелепых родных потерь,
Так похожих и непохожих….
Жаль и тех, кто захлопнув дверь,
Затерялся в толпе прохожих.
Что труднее: понять, простить,
Или просто махнуть рукою?
Не подыгрывать и не льстить,
И смириться с судьбой такою?
Может, проще совсем уйти,
Пусть живёт, как потом сумеет?
Мол, нам вместе не по пути,
Надо проще быть и умнее!
…Ну, куда ж мы опять бежим,
И всё судим больней и строже?
Это внешне он стал чужим,
А в душе он ещё дороже!
Разве можно представить вдруг,
Что исчезли вмиг все заботы?
Слушать вздохи своих подруг.
…Только он не придёт с работы.
