Бабуля, воспитывая меня в строгости, не могла себе даже представить, как важно для девочки нарядное платьице на праздник; как важны разноцветные ленты для посиделок с подружками и печатный пряник на ярмарке. Это я только повзрослев поняла, что большой беды от лент и пряников не бывает. Каждый ребёнок заслуживает этого - и неважно, законнорожденный он или нет.
Я всегда мечтала увидеть свою мамочку... И вот сейчас, глядя на идущую ко мне по полю молодую красивую женщину, я почему- то не сомневалась - это она.
А вокруг стояло лето.
Пели птицы, в густом разнотравье луга трудились работяги пчелы, добывая на зиму пыльцу, трещали кузнечики. И так хорошо было на душе, что не передать словами.
- Здравствуй, Лия, - подойдя ближе, тепло улыбнулась мне мама. -Здравствуй, дочка. Выросла...
И столько теплоты было в её голосе, сколько я не слышала за всю свою жизнь.
Заплакав, я бросилась в раскрытые объятия улыбающейся женщины.
- Мамочка, - запричитала я, уже зная, что не обманываюсь - это точно она. Моя мама. Молодая, красивая...
- Ну, ну, Лия… - погладила, пытаясь успокоить, меня по голове мама. - Дай-ка я на тебя посмотрю... Я ведь лишь издалека могла наблюдать за тобой все эти годы. Ближе не положено... Вот ты какая выросла... Красавица. И душа чистая... А ведь тяжело было, дочка, зло не впитать, а?
Отстранившись, мама внимательно посмотрела на меня. А глаза у нас были одинаковые - зелёные, с карими прожилками
- подумала я отстраненно.
- Так что же? - допытывалась мама. - Это ведь ой как не просто, дочка, зла - то не помнить.
- Зачем гневаться на то, что сделано, - пожала я плечами. - Прошлого не вернешь, не изменишь... Злиться начнешь - себя только разрушать злобой будешь. Не хорошо так, не правильно.
Мама кивала в такт моим словам.
- Правильно говоришь, дочка. Правильно. Умница моя.
Закусив губу, я всё же не удержавшись, спросила.
- А ты меня. простила?
- За что же? - удивленно вскинула мама. - Это мне в пору у тебя прощения просить. За то, что не выдюжила тогда, оставила тебя сиротой.
- Сын старосты…
Мама погрустнев, отвела взгляд в сторону.
- Не всегда нам, Лия, на пути добрые люди попадаются. Моя вина - не разглядела за пригожей внешностью душу гнилую, слабую. Загубила я свою жизнь, Лия, сгорела - не смогла оправиться. Тебя осиротила. Да мать свою без поддержки оставила.
- Мы же травницы, мама, - всплеснула я руками, почувствовав огромную горечь в словах своей матери. - Нас лес и кормит, и одевает.
- Знаю я, как вас лес кормит - покачала головой мама. - Да и ты, дочка ошибаешься. Не травница ты.
Я вскинула изумленный взгляд на маму.
- А кто же?... Да я же лес как свои пять пальцев знаю - каждую травиночку, каждый цветочек.
Мама печально покачала головой.
- Я когда умирала, больше всего жалела, что не смогу тебе в жизни ничем помочь... Только благословением.
- Ничего нет сильнее материнского благословения, - склонила я голову.
Мама, проведя ладонями по моей причесанной макушке, заметила.
- И, правда, ничего нет. А знаешь, как я благословила тебя, дочка? - вдруг хитро прищурилась мама.
- Как же?
А мама возьми, да скажи:
- Благословила я тебя быть равной своему избранному. - Словно извиняясь, заметила она. - Я, Лия, мечтала, чтобы ты никогда не повторила моей судьбы, чтобы не отказались от тебя ради денег или власти.
Я подняла голову, и мы встретились взглядами.
Мама нежно дотронулась до моего лица.
- Милая моя дочка...
- Так что же... - и я затаила дыхание, не смея поверить. - Неужели получится? Неужели Даррен не просто так меня своей леди назвал?
- Он тебя бы и без моей помощи своей назвал, - глядя куда - то далеко мне за спину, покачала головой мама. - Дракон - то твой, даром что Высший… Учуял, что ему Создатель отмерил - вовремя спохватился.
Переведя взгляд на меня, мама с сожалением заметила.
- Прости, дочка, пора мне.
Выпустив меня из объятий, женщина стала отступать назад.
- Мамочка, - запричитала я, чувствуя, как горячие слезы заливают лицо, падают на рубашку. - Мамочка, не уходи! Пожалуйста.
Женщина печально вздохнула.
- Нельзя нам. Не положено.
Не удержавшись на ногах,я упала в траву.
- Мама!
Мама же, снова взглянув куда то мне за спину, покачала головой.
- Нельзя, дочка. Нельзя... Будь сильной. Прими свою судьбу - не ту, в которой я дала тебе жизнь, а ту, для которой ты родилась. И будь счастлива за нас обеих.
- Мама! - позвал звонкий мальчишечий голос. Обернувшись, я никого не увидела - лишь бескрайнее цветущее поле. Когда я повернула голову назад, мамы уже тоже не было.
Упав на траву, я заплакала, как никогда сильно ощущая себя сиротой -одиноким деревцем на скалистом утёсе.
И в этот момент я открыла глаза.
Внимательный черный взор лаэрда следил за моим пробуждением.
- Выспалась, Лия? - спросил Даррен, кутая меня в одеяло. Осознав, что я лежу перед ним сейчас голая - лишь ткань одеяла прикрывала моё тело - и ничего более, я тут же покраснела и отвела взгляд от мужчины, чем сильно развеселила Дракона.
- Маленькая моя,- склонившись и поцеловав меня в губы, прошептал Даррен. -Нежная, невинная...
