Аккуратно повернувшись, я уткнулась прямо в его широкую смуглую спину. Какой же он всё-таки высокий! Ну что ж, приступим. Пока я намыливала его спину, мой взгляд, тем временем, волей неволей опускался вниз на его красивые ягодицы. Ох! Я себя прямо извращенкой чувствую! И вообще, я сейчас уже запуталась, что есть норма, а что нет! Как ужасно быть такой неопытной! С другой стороны опыт не с потолка падает, м-да. Так что мне придётся испытать ещё немало смущающих моментов, прежде чем я освоюсь. Задумавшись, я не заметила, как стала намыливать привлекшие моё внимание ягодицы мужа, а вывел меня из этого состояния его фыркающий смех. Когда же я осознала, что я собственно делаю, то покраснела, наверное, целиком ,и выронила губку.
– Э-э-э, ну всё, я тебя помыла, так что дальше давай сам, – выпалила я и, разворачиваясь в сторону стены с прикреплённым к ней душем, поскользнулась на мыльной пене, вытекающей из ранее обронённой мной губки. Но не успела я упасть, как почувствовала, что меня держат сильные руки мужа, и только потом осознала, что стою, уткнувшись лицом в его грудь!
– Ты как? – хрипло спросил Алан, продолжая крепко прижимать меня к себе.
– Э-э-э, нормально. А ты не мог бы меня отпустить? – тихонько попросила я, стараясь не думать о том, что упирается мне в живот.
– Никогда, – послышался откуда-то сверху странный ответ.
–Что? – удивилась я.
– Прости, я задумался. Давай вылезать, а то ещё упадём оба как в тот раз, – засмеялся Алан и, развернув меня в сторону водяных струй, принялся смывать с моего тела пену.
Каждое его прикосновение вызывает табун мурашек, проносящийся по моему позвоночнику и отзывающийся искрами где-то в районе копчика. Вдруг, на ощущение от его рук на моём теле наложилась, возникшая в моей голове вспышка-воспоминание: плавные, но сильные массирующие прикосновения к моим ногам и бёдрам, его жаркий шёпот, мои стоны, ощущение мягкой ткани под моими пальцами, аромат благовоний. Я почувствовала, что меня мелко затрясло, и ослабли ноги. Пришлось немедленно вскинуть руки и опереться ими о стену, чтобы не упасть. Алана видимо тоже слегка «накрыло», так как я почувствовала лёгкие поцелуи, которыми он стал покрывать мою спину, начиная с копчика. Поднявшись до самого верха, он перешёл на плечи и стал слегка покусывать основание моей шеи, вызвав, таки, у меня стон. Через минуту я уже не соображала где реальность, а где воспоминания, приятные ощущения накрыли меня с головой. Но когда ласки мужа стали уж слишком откровенными, и его рука забралась, куда не следует, воспоминание о нестерпимой боли ворвалось в моё разгорячённое сознание, и меня прошиб холодный пот.
– Нет!– выкрикнула я, испытывая дикий страх, и схватила его за руку.
– Прости! Я сделал тебе больно?! – взволнованно спросил Алан, моментально прекращая все свои манипуляции.
– Нет. Просто… я устала. Пожалуйста, отнеси меня в кровать, что-то меня ноги не держат, – тихо попросила я, боясь посмотреть ему в лицо.
– Хорошо.
Какой же терпеливый мужчина мне достался! Алан молча меня, вытер и отнёс в кровать и спокойно вышел за дверь. При этом я не ощутила ни обиды, ни напряжения с его стороны. В его движениях больше не ощущалось никакого сексуального подтекста, будто за мной брат ухаживает, а не муж. Как же мне стыдно за своё поведение! Почему я остановила его? Ведь мне же было приятно. Но воспоминание о дикой боли меня отрезвило, словно меня на мороз выкинуло. Он говорил, что тоже испытывал сильную боль тогда, значит, память понемногу возвращается. Но лучше бы и правда я ничего не помнила как Марта, не мучилась бы сейчас от подозрений и страхов. А так я даже боюсь представить, что я могу вспомнить, и как это может повлиять на моё отношение к эшрам и возможно даже к Алану.
Переодевшись в длинную футболку, которая с недавних пор является моей ночнушкой, я всё же решила пойти на кухню к Алану, чтобы поговорить и объяснить ему своё поведение. Но моим планам не суждено было сбыться, слабость не дала мне даже встать с кровати, а глаза слипались. Перед тем как отключиться я подумала, что следующей ночью не дам Алану спать на кухне.
Утро разбудило меня щебетом птиц и солнечными бликами, которые без спросу расположились на моём лице, заставляя меня жмуриться и морщить нос. Открыв глаза, я не сразу поняла, где нахожусь, но не успела я сориентироваться как, повернув голову влево, увидела спящего Алана! Сердце сразу же бешено заколотилось, и я еле сумела сдержать испуганный вскрик: уж очень неожиданно для меня его местонахождение со мной в одной кровати. Я же помню, что засыпала одна. Значит, он ко мне ночью пришёл! Интересно почему? А ведь у меня ещё не было шанса разглядеть его так подробно, он ведь такой высокий, а когда мы общаемся мне неловко пристально смотреть ему в лицо.
