– Алан, прошу, успокойся. Месть – блюдо, которое подают холодным. И твой «друг» это понял уже очень давно, раз столько лет ждал и действует настолько осторожно. Не стоит помогать ему в этом, теряя рассудок. Если хочешь наказать его, возьми себя в руки и подключи голову – только так ты сможешь вывести его на чистую воду, – промурлыкала я, потираясь о его спину грудью.
А чем ещё можно отвлечь мужчину, когда он в таком состоянии? Правильно – только откровенным соблазнением. К счастью, это подействовало и Алан, развернувшись, принялся с жаром меня целовать, всё теснее прижимая меня к себе. Сейчас я не стала его останавливать, ему надо сбросить напряжение, да и мне не помешает. Так что пришлось сделать паузу в нашем мозговом штурме, давая телам разрядку.
***
Всё-таки я только-только закончила своё преобразование, и ещё слишком свежи воспоминания о тех мучениях, что сопровождали нас каждый день в течение последних пяти месяцев. Голова не будет сейчас работать без эмоций ни у него, ни у меня, – это просто невозможно! Так что будем решать проблемы по мере их поступления. Для начала надо выбраться отсюда и попытаться вернуться к своей прошлой жизни. Осознать, что мы преодолели этот ужас вместе, и останемся вместе и дальше, не смотря ни на что. Не думаю, что Аарон будет сейчас делать второй шаг. Скорее всего, он не сомневался в том, что я умру и не готовил запасной план. Так что время для реабилитации у меня должно быть…
Проведя вместе ещё два дня, мы, наконец, выбрались из своего «убежища», и пошли выяснять, как обстоят дела с моими анализами. Чувствовала я себя хорошо, так что поводов для волнения не было. К нашему счастью результаты и, правда, оказались хорошими и подтвердили, что мой организм стабилизировался.
Но мне пришлось сдать их повторно, так как необходимо было выяснить, в каком состоянии мой организм находится сейчас, после завершения… течки. Как же мне не нравится применять это слово относительно себя, но…никуда не денешься, теперь я не человек и у меня есть некоторые особенности организма, к которым придётся привыкать. Так как обычно такое времяпрепровождение должно закончиться беременностью, у меня была слабая надежда, что я смогла зачать ребёнка.
Но… нет. На данный момент врачи подтвердили, что я не могу иметь детей. И пока они не могут точно сказать, можно ли это вылечить или нет. Иными словами у меня наблюдается типичное состояние эшари, которое медицина эшров пока не может вылечить. Этот диагноз не выбил почву из-под ног, так как внутренне я этого ожидала, но ощущать, как умирает надежда в сердце очень больно, особенно сейчас.
После всего произошедшего хотелось получить какой-то бонус: выдержала – молодец, получай конфету. Но в реальной жизни такое случается редко: либо – суждено, либо – нет. Но Алан надежду не потерял и сказал, что ещё рано делать окончательные выводы. Я для вида с ним согласилась, но тяжесть на сердце никуда не делась, и я почувствовала себя лицемеркой. Я постараюсь поверить, правда, постараюсь, ради Алана, ради нас. Но…мне нужно время…немного времени. Я к своему новому телу-то ещё не привыкла и в мыслях не разобралась… Разве можно думать о ребёнке в таком состоянии?
***
Несмотря на то, что в целом состояние моё стабильно и рецидивов не прогнозируется, Алан уговорил меня остаться на базе ещё на две недели. Мне ещё нужно немного подучиться контролировать обоняние и слух, а также учиться быть человеком… Как же это странно звучит. Если я не сдам экзамен, меня к людям в общество не выпустят: ведь я могу сдать всех эшров, просто не сумев правильно улыбнуться или не проконтролировав скорость передвижения. Это неожиданно оказалось для меня сложно. Оказывается, я уже несколько недель двигалась с повышенной скоростью, но не замечала этого, потому что реакция моих глаз возросла и я расценивала свои движения как обычные! Если бы мне не указал на это Алан, я бы даже не догадалась!
Тренировки мы тоже продолжили, но уже совсем в другом стиле и ритме. Никаких истязаний и порванных жил. Все нагрузки я воспринимала очень хорошо и даже хотела попробовать взять всё более тяжёлый вес на тренажёрах, но Алан пока не разрешил. Когда он мне сейчас что-то запрещает, хмуря брови и волнуясь за меня, я не могу сдержать улыбку. Сейчас меня тренирует именно мой муж, а не тот бессердечный тренер, который вынимал из меня последние силы. Так что сейчас, я испытываю только положительные эмоции.
Алан даже разрешил мне связаться с Мартой, но я почему-то боюсь. Не представляю, как ей всё рассказать…Мне кажется, что она не сможет принять меня такой, какой я стала. И эта мысль мучает меня с каждым днём всё сильнее. Но есть надежда на её лёгкий характер. Возможно, она сама подскажет мне именно ту версию событий, которую будет готова принять. Но я всё же нашла в себе силы написать ей поздравление с днём рождения (если бы я её не поздравила, она бы мне точно этого не простила) и сразу же отключила телефон. Так как боялась, что она мне тут же перезвонит и придётся ей всё рассказать. А я пока к этому не готова.
